Арса (СИ)

У тебя есть выбор: или Горники заканчивают свою работу и от тебя в ближайшие пятнадцать минут ничего не останется или ты освобождаешь пленных и под конвоем Горников отправляешься к Зломиру.

Нормальной речью Олз владеть больше не мог, поэтому дальнейшие слова Олза услышала только Владина.

-Я умру от голода, если выполню то, что ты велишь, -жалобно запротестовало Дитя, -мне уже сейчас надо пополнить свои запасы энергии, а ты хочешь меня лишить и тех, что у меня есть сейчас. Людишек осталось совсем мало, и я берегу каждую каплю их сущности…Пойми, я не виноват в том, что меня создали таким! Пожалей меня, ослабь свою волю! Мне немного надо! Вся сущность жителей этой деревни вместится в меня за несколько мгновений! И мы тронемся в путь. Я отведу тебя к Зломиру! Быстрей, иначе я умру от голода!

-Ты сейчас умрешь от другого! -разозлилась княжна,-только скажу слово Горникам!

-Ну, хорошо же, - зашипело Дитя, - я выполню твое нечестивое требование! Но, берегись! Настанет время, когда я снова буду в силе и тогда посчитаюсь с тобой и всем твоим родом!

-Хорошо, что ты меня предупредил, - успокоилась Влада, - теперь я постараюсь сделать так, чтобы ни у тебя, ни у Зломира, никогда не появилось шанса посчитаться с кем бы то нибыло! Верни людям жизнь, иначе я ни за что не отвечаю!

Повисла тишина. Прошло не больше пяти минут и Олз принял решение. Дитя вздохнуло почти по-человечески, и тут же из леса появился первый человек.

Человек шел не торопясь, будто и не было нескольких месяцев его отсутствия в поселке. На губах у человека играла улыбка, но в остальном было не все ладно. Человек находился в крайней степени истощения. Рубаха висела на нем мешком. Кивнув Людоте, человек двинулся к своему дому и остановился в недоумении. Дом догорал.

Следом за первым потянулись другие односельчане. Все они были в разной степени истощения. Особенно досталось мужчинам.

Последними появились домочадцы Людоты, никто из них не осознавал произошедшего с ними. Конечно их удивило то, что произошло с деревней, но их удивление было мимолетным. Сестры тут же скрылись в доме, а отец, с ослабевшим дедом, сели прямо на землю. Оставшиеся до дома метры они осилили с трудом. Вернувшихся было четверо. Не увидев мать, Людота выскочил на крыльцо, и стал вглядываться в дорогу, ведущую из леса в деревню.

-Что-то неладно! - волновался Людота, - Владушка, нет моей матери!

-Не кричи, - на крыльце снова появился отец, - она обожжена, боится выйти из леса!

-Я пойду в лес, попытаюсь ей чем-нибудь помочь, - вызвался Добрит,-а вы идите в дом, а то простудитесь! Впрочем, что это я раскомандовался, ведь вернулись хозяева дома.