Армагеддон: Омнибус

Вполне вероятно, что за помехами стоят зелёнокожие, но как и зачем они их создали, оставалось только гадать.

— Причина не имеет значения, — заявил он, — нам не остаётся ничего, кроме как продолжить движение к месту встречи. “Эскалибур” будет вести разведку впереди и предупредит об опасности, которую не заметят сканеры.

Рота выступила в путь. Час за часом рыцари продирались через барханы пустошей. Не один обычный человек не смог бы выдержать такой марш бросок, в том числе из-за токсичной атмосферы, грозившей медленной смертью всякому, кто её вдыхает. Но для Храмовников благодаря фильтрам в доспехах и генетическим улучшениям здешний воздух мало отличался от чистого кислорода.

— Кастелян, я что-то вижу, — сообщил Исендур, когда солнце Армагеддона достигло зенита.

Адлар проверил свой ауспик, но не увидел ничего, кроме помех:

— Что там, Исендур? Наша цель?

Технодесантник задумался, прежде чем ответить.

— Да, сэр. Думаю, что это она, — наконец сказал рыцарь.

— В твоём голосе заметно сомнение, — уточнил кастелян, — в чём дело?

— Уровень радиации почти зашкаливает, мне нужно провести калибровку и… Всё совсем не так, как должно быть, повелитель.

В наушниках Адлара раздалось статическое потрескивание, затем стал различим голос брата-пилота Хорека:

— … зненных показателей. Повторяю, мы не обнаружили никаких сигналов жизненных показателей!

– “Эскалибур”! — рявкнул кастелян. — Докладывайте.

— Кастелян Адлар, сэр. Хеллсбрич уничтожен! Мы облетели всю базу, но так и не нашли выживших. Ни одного! Есть при… ощной… мной… бомбард… — слова пилота заглушила буря помех.

— Повтори, брат Хорек! Что случилось с Хеллсбричем?

Ещё больше помех, а затем:

— …зрыв. Повторяю, база в Хеллсбриче уничтожена атомной бомбардировкой. Все погибли.

Пятая глава

Deus ex machine

Он плыл в холодных и непреодолимых туманах забвения. Он смотрел — но не видел, чувствовал — но не ощущал. Матово-красный кружился и превращался в тёмно-фиолетовый, а затем становился всепоглощающим чёрным. Он падал бесконечно, безостановочно и неудержимо. Порывы воздуха не свистели в ушах, ветер не терзал стремительно летящее в бездну тело, всего лишь одно чувство. И тогда…

Внезапно вспышка света рассеяла бесконечный мрак. Густые тёмные тучи разошлись. Снова стало можно различать цвета во тьме — оптические иллюзии за пределами видимости. Яркая молния осветила всё вокруг и понеслась дальше по уже проложенным изумрудным тропам. Кораллово-розовые пятна и топазовые остаточные изображения. Треск электростатических разрядов, танцующих на синоптических окончаниях. Экстаз и агония. Кислотный привкус металла во рту. И тогда…

Мускулы свело спазмом. Мышцы шеи задёргались: начался апоплексический приступ.