Армагеддон

Так что у Рока будет чем себя занять. – Он с интересом посмотрел на меня и завистливо произнес: – Какой необычный у вас дар, командор, получать ответ без обдумывания. Мне бы так. – Авангур покачал головой, встряхнулся и поменял тему. – Ну, давайте вернемся к Ридасу. Зная Ридаса, возможны два варианта: или он тут же прекратит подачу благодати на столбы, ведь они посвящены Року, а не ему, испугавшись, что мы прокачаем всю энергию, или… Тут даже трудно понять. Он не сможет отобрать у нас столб, а значит, мы спокойно можем и дальше воровать благодать. Я бы на его месте оставил Рока без степи, а тебя без благодати. Ридас еще более жадный, чем Рок, подумает, прикинет и решит, как поступить. Но я склоняюсь к тому, что он бросит столбы и тем самым отберет благодать у нас.

– И тебе не жалко отдавать свою благодать? – спросил я.

– Не жалко, это так, временная мера, столб много благодати не дает. Делим ее на четверых. Сам понимаешь, что это капля в море – надо иметь своих поклонников. Кроме того, хочется досадить Ридасу. Слишком вознесся…

Я понял, что в нем говорит зависть, и этим надо воспользоваться.

– Кто Ридасу расскажет о воровстве? – спросил я.

– А что будет потом?

– Командор, вам лучше пока не знать. Завтра побудьте на Горе, отдохните, порадуйте своих невест. – Он расплылся в ехидной ухмылке. – И встретьте Рока уже готовым к разговору.

– Ладно, – согласился я.

Маленький червячок сомнений остался во мне, но логически Авангур все обрисовал верно. Мысленно составленная модель указывала на то, что Рок будет низвергнут со своего пьедестала, а вот дальше наступал туман неопределенности, и надо было ждать или строить бесчисленное количество комбинаций. Но я, как и Ридас, не обладал такими аналитическими способностями, да и не хотел. А привлекать Шизу, ставшую матерью, не горел желанием. Поэтому кивнул и разрешил:

– Действуй. – И тут же убыл во дворец короля. У меня был план порадовать короля. Иногда венценосным особам надо напоминать о себе и делать это правильным образом.

Я попал в приемную начальника тайной стражи королевства, где на своем месте сидел тот же секретарь. Удивительная природа секретарей: начальство меняется, а они остаются. Офицер скупо поздоровался и, встав, доложил о моем прибытии.

– Проходите, риз, вас примут, – отворив дверь, доложил он бесстрастным голосом. Я вошел и отвесил поклон лигирийского аристократа.

– Садитесь, риз, – Луминьян встал со своего места, почтив меня легким поклоном. – Чем обязан? – не очень любезно спросил он, сев на место.

– Я выполнил приказ бывшего начальника тайной стражи, мессир Луминьян, – сказал я и подал ему приказ о захвате золота имперской армии. Тот несколько раз пробежал глазами по скупым строчкам и поднял взгляд на меня.