Архонт

Мико опознала комплект как «Протей-2», рабочий комбинезон для среды повышенной влажности и загрязненности, снабженный собственными кислородными фильтрами.

Я только сейчас осознал, что абсолютно обнажен и выгляжу достаточно эпатажно после общества слизистых и чешуйчатых в ловчей сети. Быстро переоделся – и стал практически неотличим от людей-рабочих, глазевших на нас с почтительного расстояния. Разве что покрупнее и повыше – самый высокий боец уступал мне полголовы. Народец здесь явно не отличался крепким телосложением. Генная деградация замкнутого социума? Возможно… Вестибулярный аппарат мгновенно приспособился к легкому, почти незаметному покачиванию. Приливные генераторы и штормовые башни гасили большую часть волнения, но огромные дрейфующие платформы все равно поневоле передавали эхо океанской ряби.

Постоянный легкий скрип, неуловимая качка, пронизывающая сырость. Я вдохнул пахнущий йодом воздух Водного Города и еще раз улыбнулся его недоверчивым обитателям.

Спасен. Дальше – будет проще.

– Иди за нами! И без всяких штучек!

Пока меня конвоировали по металлическим переходам и решетчатым лестницам, я успел заметить две интересные детали. Первое – почти все конструкции при ближайшем рассмотрении оказались изношены и нуждались в немедленной замене. Судя по виду, многое латалось не один десяток раз. Дыры, пятна коррозии, кустарная сварка, неисправные, давным-давно заклинившие гермостворки, многочисленные следы демонтажа и примитивной переделки виднелись повсюду. Технологичность ушла в прошлое, дрейфующие платформы медленно разъедало время.

А второе – при этом я не видел по дороге ни одного человека, не занятого делом. Жители, одетые в одинаковые серые, зеленые и голубые комбинезоны, трудились каждый на своем участке, как работники единого громадного завода. Ни бродяг, ни праздных, ни детей, свободно играющих на улицах, или стариков – все, кого я видел, дисциплинированно выполняли какую-либо предписанную функцию.

Интересный уклад жизни, явно въевшийся с опытом поколений. В Архиве имелась информация о политическом устройстве Водных Городов, модель которого разительно отличалась ото всех прочих. Огромная, автономная колония-коммуна жила принципами общественной собственности, всеобщей трудовой повинности, социальной градации по принципу личного вклада. Возможно, иначе они просто не смогли бы выжить, а может, таковы были заповеди основателей проекта «Ной». Здесь не существовало денег, частной собственности и торговли, каждый обязан был трудиться, но при этом имел гарантированный набор жизненных благ. Никакой анархии, строгие правила.

В любом случае сейчас поселение явно переживало не лучшие времена – древние механизмы выходили из строя, а заменить их оказалось нечем.