Экстремальная археология

С ловкостью паука вскарабкалась метра на три, добравшись до ниши, оставшейся от вывалившегося камня. Забралась в нее и скрылась из глаз, бросив напоследок:

– Да быстрее ты! Не стой!

Я даже не думал стоять, я торопился за ней изо всех последних сил. К тому же у меня их прибавилось: вовремя активировался навык «второе дыхание». Срабатывает нечасто и только при сильном изнеможении. Благодаря этому тоже сумел ловко добраться до ниши и обнаружил в ней то, что невозможно увидеть, пока голову туда не просунешь.

Те, кто чинил стену, проявили небрежность. Трещину в кладке кое-как облицевали снаружи, но изнутри заделали не полностью. Остался лаз, настолько узкий, что туда кот не проберется, не то что человек.

Но эта девочка как-то пролезла.

Значит, и у меня это получится. Пусть кожу оставлю на камнях, пусть кровью тут все залью, но в Хлонассис я сегодня по-любому попаду.

В подземелье воняло так, будто здесь перемерла и разложилась половина населения осажденного города, в то время как вторая половина годами справляла сюда естественные надобности. Я поначалу даже «водное дыхание» то и дело активировал, давая себе короткие передышки от этого «химического оружия». Вне водной среды умение работало неэффективно, но хоть ненадолго спасало.

Даже откажи у меня обоняние полностью, это поможет плохо. Легкие категорически отказываются этим дышать, а глаза режет так, будто в них толченого стекла насыпали. Слезы льются, а это плохо, это смазывает и без того скверную картинку.

Дело в том, что освещения в подземелье нет. Его заменяет фосфоресцирующий налет на камнях. Он не вездесущ, и происхождение его непонятно, но наводит на плохие мысли. Знаю я микроорганизмы, которым для жизнедеятельности требуется неприглядная органика. Они от нее сияют, как глаза наркоманов-северян, пристрастившихся к южной дури. Но, как бы там ни было, хоть капельку мрак разгоняет, что вкупе с ночным зрением позволяет мне относительно сносно ориентироваться.

Спасибо, что ход прямолинеен и без ответвлений. Иначе я бы непременно отстал от провожатой, которая за все время ни разу не обернулась.

Впереди показался свет. Девочка без остановки подпрыгнула, в своде остались торчать только ее худющие ноги, но и те быстро скрылись из виду. Я, подбежав, разглядел над головой узкий колодец, в который пробивались солнечные отблески.

Спасибо высокой Выносливости, небыстрый бег под землей позволил мне слегка восстановиться. Без труда подпрыгнул, ухватился за мерзко липкие камни, подтянулся. Протиснулся в узкий лаз, в очередной раз порвав уже изрядно драную рубаху.

И зажмурился от яркого света, ударившего по глазам. Прищурился, привыкая к изменениям, торопливо огляделся. Со всех сторон возвышаются неровные каменные поверхности.