Архэ

В этом месте, — Фэб говорил глухо, голос его сейчас казался полностью лишенным эмоций. — Каждый день проходить там, где ты был счастлив, видеть то, что делало тебя и их счастливыми, слышать, ощущать, чувствовать… это невыносимо, Ри. Этот дом отравлен. Я посадил цветы, и они выросли, но от этого мне стало лишь тяжелее. Я набирал воду, и лежал в ней под звездами, глядя в небо, но от этого делалось лишь горше. Поэтому я нарушу договор, Ри. Мы уйдём отсюда. Чего бы нам это ни стоило.

— Я ошибся. Знаешь, живым существам свойственно ошибаться. Здесь нет дела для меня, нет смысла. Одни смертные тени, тут и там.

— А остальные? — Ри, наконец, отвел взгляд от бесконечного ничего перед ним, и повернулся к Фэбу. — Что с остальными? Они останутся?

— Нет, — покачал головой Фэб. — Я уже всё придумал. Мы оскверним храм у китайцев, и нас вышлют. Отличная идея, правда? Ты ничего не сумеешь сделать планете.

— Я и не собирался, — пожал плечами Ри.

— Да что ты. Именно поэтому ты угрожал, прилетал с проверками, пугал, засылал свою… женщину, которая искала тут невесть что, пугал. Потому что на деле ты не собирался. Это абсурд, и ты великолепно знаешь об этом.

— Я действительно не собирался, но я… — Ри помедлил. — Я был зол на вас.

— И в чем же причина того, что ты был так зол на нас? — горько спросил Фэб. — Что и когда мы успели сделать, чтобы так разозлить тебя? Хотя бы на этот вопрос ты можешь ответить?

— Могу, — Ри помрачнел. — Вы были причиной моих заблуждений. Я поддался… слабости. Слабости, на которую не имел права. И поверил тем, кому нельзя было верить. Нет, Фэб, не потому что вы плохи или хороши. А просто потому что вы — то недопустимое, которое…

— Нельзя допускать? — вскинул брови Фэб. — Прости, это напрашивалось. Но почему нам нельзя было верить?

— Потому что вы — болото. Стагнация. Топь, которая затягивает и не отпускает. Не дает взлететь. Даже этот дом… да и не этот, что я привязался именно к этому?.. Вы слишком много значения придаете и придавали всегда материальному, вы цеплялись за вещественное, земное, примитивное. Где бы вы ни оказывались, вы всегда принимались вить уютное гнездышко, в том числе и для плотских утех, вы очень быстро переставали видеть небо, и погружались в рутину, причем с удовольствием, с радостью. Рожать детишек, сажать цветочки, жарить сырнички — при любом удобном случае, да и при неудобном тоже! — Ри сплюнул.