Архэ

Вот только принцесса за каким-то чертом приперлась к приспешникам почившего черного властелина, и треплет им нервы.

— Джессика, это очень познавательно, спасибо, — Берта дернула плечом. — Но мы это уже слышали от Фэба, который общался… с твоим мужем. Я же лично слышала от него расширенную версию, которая была о божественном происхождении. Так что не нужно повторяться. Давай лучше по делу. Первое — он тебя подослал, чтобы ты просканировала мир, вероятно? Или нас? Мы сидим тут, мы к твоим услугам. Второе — сказки нас больше не интересуют, извини, поэтому оставь их при себе. Третье — ты хотела что-то ещё? Только не демагогию, а по делу.

— Меня никто не подсылал, — безнадежно вздохнула Джессика, но Фэб ее перебил:

— Даже если никто не подсылал, он в любом случае поймет, где ты была, и потребует отчет. У тебя есть анализатор? Ты ведь должна проверить дом, так?

Джессика пожала плечами.

— Зачем мне это? — спросила она. — Проверять дом… можно, я схожу в свою комнату?

— Ну, сходи, — Берта встала. — Там блокировка, я поднимусь с тобой, и открою.

— Здесь родился Ромка, — беззвучно произнесла вдруг Джессика. — Я была так счастлива. Именно здесь, именно в этом доме. И я так обрадовалась тогда, Фэб, когда ты сказал мне… помнишь? О том, что у меня будет сын. Наш сын.

— Помню, — ответил Фэб. — Но к чему это теперь, Джессика? Ты хочешь расшевелить сейчас прошлые эмоции — для чего? Чтобы сделать больнее — кому? Себе или мне? Если мне, то больнее уже не будет, поверь. Я открыт, смотри сама.

— Не хочу, — она отвернулась. — Я… пожалуй, я увидела достаточно. Но ведь я не убивала никого. И не желала никому зла.

— Да, ты не убивала, — подтвердила Берта. — Ты, как и в тот раз, стояла и смотрела, как убивают другие. И ничего не предприняла. Потому что, в твоем случае, любовь оказывается уже в который раз сильнее чести и совести. Да, пожалуй, и разума тоже. Но совесть у тебя все-таки есть, потому что ты, совершив подлый поступок, начинаешь хотя бы каяться в нём. Вот поэтому ты и прилетела.

— Не только, — Джессика вдруг, кажется, решилась. — Если… если он позволит… Фэб, можно я привезу Мотыльков сюда? Потом, если он разрешит? Может быть, их еще можно будет спасти?

— Как я могу тебе ответить, можно или нельзя, если я даже не знаю, что вы с ними сотворили? — неприязненно спросил Фэб.

— Криогенная заморозка, с частичным замещением крови на консервант, — ответила Джессика.

— Ясно. Спасти их нельзя. Ты это хотела услышать? — Фэб встал, Кир тоже. — Судя по всему, к вашим местным спецам ты уже обращалась?

Джессика кивнула. И снова беззвучно заплакала.

— И при чем тут я? Прости, но я не чудотворец, я самый обычный военный врач, — пожал плечами Фэб.

— Иногда гражданский, — напомнил Кир.

— Верно. Но сути это не меняет.