Исландская карта. Русский аркан

И были редкие письма, передаваемые с тысячью предосторожностей, и еще более редкие встречи.

История любви безнадежной и платонической — это, несмотря ни на что, прекрасная история. Ее хочется писать. Ее сладко вспоминать. И воспоминания эти могут стать единственным убежищем мятущейся души в отчаянном положении.

Как раз воспоминаниям о первых встречах с Лопухиным и предавалась великая княжна, сидя на жесткой лавке в камере для задержанных при Яузской полицейской части…

Попалась.

И ничего не успела сделать, совсем ничего!

Лишь оказавшись в Москве, Катенька поняла, что сделала, пожалуй, глупость. На что могла она рассчитывать — одна, без друзей и в розыске? Достать билет на первый пассажирский поезд — личный поезд наместника не в счет — по Транссибу? Каким чудом?

Единственный плюс — деньги еще имелись. Да еще можно было обратить в наличность кое-какие побрякушки. Отдать баснословную сумму в пять тысяч рублей за билет до Владивостока Катенька в принципе могла. Правда, в кошельке после этого осталось бы всего ничего.

Но не деньги главное, а главное — как купить билет, оставшись неузнанной?

Проще всего было бы заказать с доставкой на дом, но только не в этом случае. Абы кому билет на такой поезд не продадут. Личина Аграфены Коровкиной несерьезна, да и опасна. Следовательно, придется действовать через кого-то. Но кто может помочь в таком деле?

Мысленное перечисление своих московских знакомых великая княжна начала «сверху вниз» — с московского генерал-губернатора. Первые несколько десятков фамилий всплыли в памяти мгновенно и так же мгновенно были отринуты. Уж лучше сразу пойти в ближайшую полицейскую часть!

Не то. Титулованная толпа, стая мелких хищников, каждый из которых только и мечтает урвать, отличиться, обогнать другого. Если и есть среди них люди порядочные, то все равно неизвестно, как они поведут себя в таком щекотливом деле, где порядочность можно трактовать с разных сторон… Нет, определенно не то.

Список знакомых сразу ужался вчетверо. Тем лучше!"

"Быть может, кто-нибудь из гвардейских офицеров, смотревших на великую княжну с немым обожанием?

Катенька в задумчивости повертела локон возле уха. Нет, ни в коем случае! Это будет совсем уж неблагородно — вскружить голову глупому молодому человеку и навсегда испортить ему жизнь. Да и гвардия почти вся в Петербурге.

Кто-нибудь из подруг-фрейлин? Кажется, Мари Ланская собиралась провести июль в подмосковном имении… Хорошо бы еще знать — в каком!

Нет. Нет. Нет. Список все сокращался, а решения не было. Родственники Лопухина? Пожалуй, им одним предприятие в выгоду, хотя и риск велик… Катенька вдруг осознала, что ничего не знает о московских родственниках любимого человека. Он не говорил.