Исландская карта. Русский аркан

Бубликова Лукерья Селивановна… Прунькова Маланья Евстигнеевна… Блюменталь Голда Гедалиевна… Голопупенко Мавра Опанасовна… О-хо-хо, грехи наши тяжкие… Колбасютина Февронья Никаноровна… Сухобреева Устинья Ферапонтовна…"

"К черту! Сдержав мученический стон, Царапко прикрыл глаза. Исполнители! Нахватают проституток, мелких воровок, торговок с Сухаревки, беспашпортных бродяжек с тремя копейками за душой и просто всяких дур… Давеча арестовали супругу священника церкви Фрола и Лавра на Зацепе и сутки продержали попадью в холодной, приняв неведомо за кого. Позавчера пытались арестовать графиню Бобрикову. Вот уж точно: заставь дураков богу молиться — лбы порасшибают. Но выживут и размножатся, иначе откуда в мире столько дураков?

Глупость человеческая злила Акакия Фразибуловича гораздо чаще, чем ему хотелось бы, но иногда случались минуты, когда он простодушно удивлялся ей, как ученый подчас дивится бесконечной глубине и сложности мироздания. Схватить упомянтую «аферистку» и рассчитывать на поощрение за исправное несение службы и острый глаз — как вам нравится эта бесподобная наивность?

Князь Чомгин, по мнению Царапко, повел себя непорядочно, да и неумно: поручил вести дело, а в истинную его подоплеку не посвятил. О том, что ловить поручено не кого-нибудь, а саму великую княжну Екатерину Константиновну, наверняка знал обер-полицмейстер, непременно знало жандармское начальство, но не должен был знать начальник сыскной полиции. А поскольку жандармы, как известно, по части сыска подчиняются Департаменту полиции, ситуация складывалась преглупая: тот, кто координировал розыск, в теории знал о предмете розыска меньше, чем начальство, и меньше, чем подчиненные.

Обер-полицмейстер не мог не понимать, что Царапко догадается, однако не позволил себе ни лишнего слова, ни намека — лишь вызывал пред ясны очи, требовал подробных отчетов о ходе розыска и выражал неудовольствие отсутствием результатов.

Собственно говоря, Акакию Фразибуловичу все стало ясно сразу. Нет результатов — плохо работает сыскная полиция. Ну а если паче чаяния поимка искомой беглянки состоится — держитесь крепче, господин начальник Сыскного управления! Малейшая грубость при задержании будет раздута и обращена против вас, в этом можете не сомневаться. В распоряжении обер-полицмейстера есть сто один способ опорочить вас в глазах генерал-губернатора, а то и самого государя. Да так, что и министр, ваш благодетель, не осмелится вас защищать. И поедете вы куда-нибудь в олонецкую губернию давить комаров и тихо спиваться…

И поделом вам — поскольку не умеете разбираться в аферистках.