Архивное дело

А вот это… — Тропынин указал на мужчину с шашкой. — Ерофей Нилович Колосков во время службы — командир артиллерийского дивизиона.

— Здесь он, скорее, на кавалериста похож.

— Тогда артиллерия была на конной тяге. Ездовым полагалась шашка, а командиры любили с ней фотографироваться.

— Каким образом бывший строитель мельниц переквалифицировался в артиллериста, да еще и до командира дивизиона дослужился?

— Колосков был незаурядным человеком. Имел инженерное образование. А Красная Армия в период своего становления нуждалась в грамотных командирах. Ерофей Нилович быстро переориентировался в политической обстановке и признал Советскую власть. Кстати, тогда более важные, чем он, господа добровольно переходили на сторону Советов. Многие из них оказались настоящими патриотами и честно служили народу до конца своих дней… — Тропынин помолчал. — Хотя и перевертышей, ждущих возврата к прошлому, из их числа хватало.

— Старики говорят, будто Илья Хоботишкин с Колосковым были родственниками, — сказал Бирюков."

"— Жены их — двоюродные сестры. Родство относительное, но именно оно сыграло роковую роль в последующей судьбе Колоскова. Современным молодым людям трудно понять то сложное, противоречивое время. В нем было много победного и много трагического. Многие ушли вместе со своим временем, — Тропынин положил ладонь на материалы расследования. — Здесь со всеми подробностями зафиксирована трагедия Жаркова, Половникова, Хоботишкиных и Колоскова. Прочти, земляк, обвинительное заключение, полистай материалы дознания. Возникнут вопросы — отвечу чуть позже. Сейчас мне хочется проехать по райцентру, посмотреть, что здесь осталось от прошлой поры. Очень долго не был я в родном краю и, видимо, благодаря тебе, последний раз сюда заглянул. Ну, а завтра, если не возражаешь, отправимся вместе в Серебровку и Березовку.

— Конечно, Николай Дмитриевич, не возражаю, — сказал Антон.

— Вот и прекрасно. Попрощаюсь с земляками, — Тропынин глянул на молчаливо слушавшего лейтенанта госбезопасности. — Итак, Виталий, совершим экскурсию по земле моей молодости.

Лейтенант, улыбнувшись, взял полковничий портфель.

Когда они вышли из кабинета, Бирюков нетерпеливо открыл первый том следственного дела. Начинался он с постановления старшего оперуполномоченного ОГПУ Тропынина Н. Д. о розыске председателя колхоза «Знамя Сталина» Жаркова А. К., таинственно исчезнувшего 10 октября 1931 года. Дальше шли протоколы допросов свидетелей, которые разговаривали с председателем или хотя бы видели его накануне исчезновения. В протоколах то и дело попадались знакомые Антону фамилии, но много было и таких, о ком Антон ни разу не слыхал. Вероятно, со временем эти люди умерли или давно выехали из Серебровки и Березовки в другие места.