Архив смертников

Там что-то есть, укрытое брезентом. Что там? Ящик с инструментом? Запасное колесо? Это логично, оно обязательно должно быть, немцы все предусматривают. Его нет снаружи, и вряд ли оно находится в будке…

Алексей протискивался к головной части кузова, попутно прислушивался. Тревожных звуков не было, никто не лез за ним, не стрелял по ногам. Эта удача, черт возьми, но такая краткая…

Солдаты на пустыре бренчали амуницией. Трещали двигатели — подъезжал мотоцикл и что-то посерьезнее. Звучали отрывистые команды: «Первое отделение — на борт! Обер-фельдфебель Ланке, командуйте мотоциклетным расчетом!» Он стоял на цыпочках между будкой и кабиной, шарил рукой по брезенту. Под ним действительно находилось колесо! Дьявол! Если не откатится, то конец! Он воспользовался подножкой кабины. Только не греметь, в кабине водитель! Второй ногой отыскал какой-то выступ в кузовной части, воздвигся над бортом, согнулся в три погибели и нажал на колесо. Слава партии родной — сдвинулось влево! Ему больше ничто не мешало! Образовалось пространство — совсем немного! Он переваливался через борт, согнув до упора ноги. Помогли занятия акробатикой в школьные годы чудесные! Автомат на колесо, ранец туда же. Сплющился, как мышь, лезущая в узкую щель, подогнул ноющие острой болью ноги. Жесткая покрышка упиралась в плечо. Каким-то чудом Алексей ухитрился сесть на колени. Подтащил к себе ранец, автомат, забрался под брезент. «Заяц» к поездке готов, можно ехать…

Машина дернулась, застучал, затарахтел двигатель. Она оторвалась от забора — водитель резко сдавал влево, — вдруг остановилась. Палец потянулся к спусковому крючку, в голове взыграла ослепительная боль. Но нет, все в порядке, кто-то подбежал, запрыгнул на подножку, распахнул дверцу кабины и стал пристраиваться рядом с шофером. Сопровождающий офицер, все правильно. Капитан Бремер или капитан Вайгль? Машина снова тронулась, выбиралась с пустыря по широкой дуге. И сзади, и впереди различались звуки работающих моторов.

Капитан Макаров попал в какую-то клоаку и уже плохо ориентировался… Но он должен был разобраться! Усилием воли Алексей отключился от боли в сведенных судорогой конечностях, приподнялся, отогнул брезент. Колонна шла мимо пустых бараков, поворачивала налево. Он находился во втором грузовике. Впереди катил мотоцикл с тремя солдатами, за ним «опель-блиц», следом — на минимальной дистанции — еще один. Замыкал процессию маленький грузовичок с открытым кузовом, в котором сидело около десятка солдат. Он мысленно прикинул: десять, те трое, в каждой кабине по паре, не считая кабины машины охранения, — около двух десятков фашистов, с которыми надо что-то делать! А у него патронов в автомате меньше, чем врагов!"

"Люди в кабине глухо переговаривались.