Архитектор пряничного домика

Я верчусь как белка в колесе, только массажистка выйдет, бегу в кабинет с нагретой простынкой, шапкой для душа, кланяюсь. Вымоется человек, а я под дверью с очередным теплым полотенцем. И обязательно, когда кто на массаж отправляется, шепотком спрошу: «Вам одежду, обувь почистить? Отпарить чего? Пуговички пришить?» И всегда, когда клиенты уходят, мне в кармашек капает. Делюсь, конечно, с ресепшен, а девчонки мне за это самых богатеньких дают.

Я терпеливо ждал, пока Элиза доберется до сути, и она, наконец, приступила к основной части истории.

– Не так давно женщина пришла, она из постоянных посетителей, но долго не появлялась. Мне администратор шепнула: «Валентина всегда щедрая, ты уж постарайся». Я в раздевалку бегом с самым новым мягким халатом. Стучу, вхожу и вижу…

Элиза понизила голос:

– Спину Анжелики со шрамом. Понимаете? Лика давно утонула, а тело ее, вот оно, в раздевалке! Каково?

– Вы могли перепутать, – мягко заметил я.

Посетительница вынула айфон и показала мне фото.

– Такое у многих видели?

– Нет, – признал я.

– Раньше шрам хуже выглядел, – вздохнула Элиза. – В нашем городке хирург о красоте не думал, кое-как залатал. У Лики вместо лопатки лохмотья висели, их ей собрали, но раздеваться на пляже с такой красотой не станешь.

– Как вы поступили, поняв, что видите свою якобы покойную сестру? – поинтересовался Боря.

– Окликнула ее: «Лика». Она не вздрогнула, я повторила громче: «Анжелика, это я, Элиза. Понимаю, я растолстела, постарела, узнать меня трудно, но это я». Она повернулась: «Женщина, меня зовут Валентиной. Вы ошиблись. Принесли халат? Спасибо, теперь покиньте мою раздевалку».

Элиза поежилась.

– В салоне у каждого клиента есть комнатка со шкафчиком, душем и туалетом. И я обязана сразу испариться, если посетитель требует.

Собеседница умолкла.

– Но вы не сдвинулись с места и стали говорить про шрам? – предположил я.

– Ага, – жалобно протянула Элиза, – сказала ей: «Все понимаю, ты выплыла, а Валентина утонула. Когда тебя в больницу привезли, санитары отдали спасательный жилет, в котором тебя на берегу нашли. В нем есть специальный карман для документов, они в нем не промокнут. Там обнаружили паспорт Валентины Стекловой. А нам сказали: «Анжелика погибла».

Никто из нашей семьи в клинику к Вале не пошел. Мы, конечно, были рады, что постоялица спаслась, да у нас горе горькое, мы Лики лишились. Анастасия с младенцем съехала. Вот и все.

Я своей сестре, у которой чужое лицо было, правду выложила и закончила так:

– Нас само провидение свело. Раз ты сюда ходишь, значит, не нуждаешься. Я на копейки существую. Но твоего богатства не желаю. Мне семья нужна. Пожалуйста, возьми меня к себе, обузой не стану. Я убираю, готовлю прекрасно, помогу тебе во всем. Только не бросай сестренку.