Отборная попаданка архидемона 2

Берронзия трясет еще сильнее, он блеет под одеялом:

— А если она не справится?

— Это ваши проблемы, — холодно сообщает женский голос, и сквозь одеяло колено Берронзия колют острые коготки. — Надеюсь, мы поняли друг друга и цена вас устраивает.

— Д-да, п-понял, — подтверждает Берронзий, ему без разницы, что там за цена, тут важно просто не перечить.

Сжавшись под одеялом и дрожа он лежит долго, пока телефон не начинает разрываться от звонков. Только тогда Берронзий осторожно выглядывает: в его спальне никого нет. А на коленях у него лежит коробка с пачками Вискаса.

— Проклятые демонокоты! — шипит Берронзий, который с удовольствием раскатал бы дерзкую пятнадцатую невесту так, чтобы от нее весь Нарак плевался, но взятку все же прибирает: пригодится для переговоров и подарков пушистоухим.

* * *Первый день после выпуска о свиданиях, несмотря на драку и вечерние бурления, проходит довольно спокойно. Утро вечера у многих явно мудренее, самое страшное, что случается — косые взгляды, и это рождает у меня надежду немного пожить спокойно. Понятно, что совсем от нас не отстанут, будут шевелить, но… вдруг удастся недельку-другую обойтись без пристального внимания?

На следующий же день мои надежды грубейшим образом нарушает включившийся на всем четвертом факультете звуковой сигнал. Это не громогласная тревога, а скорее истерический писк, мгновенно взвинчивающий нервы до предела.

«Вдруг обнаружили Саламандру?» — холодею я, и мои пальцы подрагивают на экране терминала. Саламандра так и не появилась, и я невольно предполагаю самое худшее.

Но через десять минут на объявленном всеобщем сборе декан Дахара Мараут сообщает:

— Так, мясо, сегодня к нам с проверкой…"

"— Мы не мясо! — резко напоминаю я из толпы. — Будьте добры обращаться к нам нормально.

Декан аж зеленеет, ей явно не хватает дыхания.

— Две недели дежурства в столовой! — наконец выпаливает Дахара. — Молчать, когда я говорю. Вы мясо, и должны знать свое место.

— Мы не мясо! — говорю не только я, но и Манакриза, и еще студенты с разных сторон, парни и девушки.

— Молчать! — хлопает ладонью по трибуне Дахара и окидывает нас бешеным взглядом. — Молчать и слушать! К нам с проверкой едет сам Юнидатус Тарот!

Мясом она нас не назвала, так что все молчат, но, судя по лицам окружающих, никто не понимает, что за птица этот Юнидатус Тарот и почему его приезд вызывает такую бурную реакцию декана.

— Он казначей, — снисходит до пояснения Дахара. — От него зависит, сколько и как сытно вы будете есть, что носить, будут ли ремонтировать наш сектор, поэтому все обязаны вести себя с ним почтительно: взгляды в пол, без разрешения не говорить, отвечать с поклоном.