Археолог. А надо было на юриста.

Многие из них нам бы там, наверняка, пригодились бы, но увы… Ещё одна сложность — отправляться приходилось пешими. С отправкой в прошлое лошадей была пока какая-то техническая проблема. Это вызывало неудобства у всех экспедиций, но делать было нечего. Средства передвижения предстояло добывать уже на месте."

"В стеклянном павильоне нас уже ждали техники, Альтов и Железков. Прослушав их последние инструкции и наставления и обсудив заключительные детали, мы крепко пожали друг другу руки и обнялись. После чего, направились на пластиковый подиум.

— И не забудьте — портал снова откроется ровно через две недели, в полдень, — напомнил напоследок Фёдор, — Постарайтесь быть на месте. В случае чего, график дальнейших аварийный открытий вы знаете.

Да, дни и часы открытия портала мы все выучили наизусть. Правда, у нас там не будет с собой часов, поэтому договорились время синхронизировать по солнцу. Как знать, быть может это станет для нас жизненно важным.

— Ясно. Не волнуйтесь, — помахал я рукой, — Всё будет хорошо.

— Дай-то Бог, — проговорил Железков, — В добрый путь!

Затем он повернулся к техникам, суетившимся у пульта:

— Давайте….

Послышалось уже знакомое приглушённое гудение и лёгкая вибрация. Прозрачные пластиковые панели плавно опустились, изолируя нас от окружающего мира. Так необычно! Я уже несколько раз наблюдал этот процесс с противоположной стороны. И вот я сам уже по эту сторону… Сквозь прозрачный пластик хорошо видно было всё внутреннее убранство павильона с его оборудованием, и силуэты людей. Мы непроизвольно крепко взялись за руки.

Затем вся эта картинка вдруг помутнела и стала медленно расплываться, на глазах превращаясь в какое-то размытое пятно. А потом ожидаемо последовала яркая вспышка… «Всё — поехали!» — сказал я про себя, неожиданно вспомнив знаменитые слова Гагарина. А что? Для нас это вполне было сродни старту в космос. По описаниям людей побывавших в прошлом — дальше уже не должно было быть НИЧЕГО. Мы не должны были испытывать каких-либо новых чувств или впечатлений. Просто перед нами, без всяких промежуточных переходов, должна была сразу же возникнуть совсем другая картинка. Картинка новой реальности, т. е. уже прошлого, которое становилось теперь для нас самым, что ни наесть настоящим. По всем предварительным расчётам, мы должны были сейчас оказаться в где-то «в поле», на одной из дорог не далеко от Киева, примерно в первых числах июля 1015 года.

Но этого не произошло. Ничего подобного! Вокруг нас что-то продолжало свистеть и гудеть, перед глазами всё мелькало в бешенном хороводе, а затем, вдруг возникли целые световые волны, словно мы оказались в эпицентре какого-то взрыва.

К горлу подступил ком — будто весь мир перевернулся вверх дном. Нас точно раздирало на атомы.