Аргар, или Самая желанная

Успеешь? Ну, хоть умойся.

Полторна? За это время я успею завоевать Вселенную и положить ее к ногам того, кто даст Лимаре шанс на жизнь.

74. Карина

Я стояла, обхватив себя за плечи, перед огромным смотровым экраном. На фоне темно-фиолетового космоса мерцали россыпи звезд и перемигивались сигнальными огнями корабли Галактического патруля.

Где-то впереди сияло родное Солнце – крошечная желтая искорка, затерявшаяся на окраине Млечного Пути – и ждала Земля. Ждала свою блудную дочь.

Я возвращалась.

Шли вторые сутки с того момента, как мы с Кианом вырвались с ""Итрана"" на спасательной капсуле. Нас подобрал крейсер федийских охотников за головами, а потом с Кианом связался его настоящий отец.

Это было невероятно! Глава Галактического Конгресса наконец-то признал внебрачного сына. Правда, только одного, второй исчез в неизвестном направлении. Когда патрульные ворвались на борт разваливающегося ""Итрана"", там уже никого не было. Дилан сбежал на федийском штурмовике, том самом, который капитан ""Тианака"" одолжил Киану.

В глубине души я была рада, что все так случилось, но что-то подсказывало, эта история еще не закончилась. Однажды мы снова услышим о Дилане.

– Звездочка моя, – мой кхар неслышно приблизился, встал за моей спиной так близко, что я ощутила жар его тела. Теплые родные руки легли мне на плечи, слегка сжали, делясь со мной своей силой. – О чем задумалась?

– Кто приходил? – вместо ответа спросила я.

– Витар. Лимара может потерять ребенка, он просил за нее. Ты знаешь, что она умирает?

– А он знает, что ее ожидает Галактический суд и обвинение в шпионаже в пользу Крога?

– Отец обещал, что приговор смягчат, если она будет лояльна к суду и сама все расскажет. Но сейчас она в таком состоянии, что вряд ли вылезет из медбокса раньше, чем через пару синклавов.

Я прикрыла глаза, позволяя Киану меня обнять. Историю Лимары не знал разве что слепой и глухой. О ней трещала без умолку вся инфосеть. Прошлое этой женщины оказалось покрыто непроницаемой завесой тайны. Единственным, кто мог пролить на это хоть какой-то свет, оказался Витар, но симаррец молчал, как рыба.

После возвращения с ""Итрана"" меня запихнули в медбокс на профилактику, и первым, кого я увидела, когда очнулась, стал именно Витар.

Его корабль взорвался у меня на глазах, команда погибла, а второй пилот оказался предателем. Про Оллеса я узнала позднее, но и без этого жалко было смотреть на бывшего капитана, героя войны, который сидел, сгорбившись, над соседним медбоксом и не сводил застывшего взгляда со смотрового окошка.

Увидев меня, он опешил, но быстро взял себя в руки.

– Рад, что ты жива, – услышала я вместо приветствия.

– И я рада тебя видеть, – хмыкнула в ответ, хотя с языка готовы были сорваться совсем другие слова.