Арест

Несколько капель смазки выделяется из восставшей плоти, что плотно прижата к моему рту.

Я отклоняюсь назад. Больше никто меня не держит. Отпрянув подальше, дышу часто-часто. Вжимаюсь в металлическую решетку. И облизываюсь.

Это происходит помимо воли.

Разум выключается.

Теперь на моем языке расцветает новый вкус. Солоноватый, пряный. Чуть терпкий, мускусный.

— Хочешь добавки? — спрашивает Адам.

Он поглаживает свой член, сжимает, обхватывает ладонью, ведет вверх и вниз, надрачивает.

Я смотрю на него как завороженная. Застываю, как мышь перед удавом. Тупо взираю на покачивающийся из стороны в сторону огромный орган. Очень крупный, ровный, красивый. Обвитый набухшими венами. Напряженный, упругий.

Я не могу устоять перед искушением. Тянусь вперед, дотрагиваюсь губами до налитой кровью головки. Обхватываю плотнее, слегка засасываю, слизываю проступившие капли смазки. Неторопливо провожу языком.

Адам молчит, предоставляет мне полную свободу действий. Разрешает поиграть, исследовать разгоряченную плоть.

5

Я смелею, полностью отдаюсь эмоциям. Вхожу в раж. Прежде я даже не воображала, что могу испытать такое наслаждение от минета.

Мое нижнее белье настолько мокрое, что его можно выжимать.

Я стараюсь взять поглубже, захватить раскаленную плоть в плен моих губ. Изучаю могучий ствол. Облизываю и обсасываю, причмокиваю от удовольствия.

Адам отступает, специально делает шаг назад. Тянусь к нему, опять обхватываю член, всасываю головку, дразню языком. Тогда он вновь шагает назад. Из моего горла вырывается разочарованный стон. Я пытаюсь дотянуться и не могу, мне мешают наручники.

Адам опять подступает ближе. И я тут же ловлю его член губами, пытаюсь обхватить покрепче, вдохновенно облизываю. А потом он снова проворачивает свой жестокий трюк, заставляя изнывать от неудовлетворенности.

— Вошла во вкус? — смеется.

И я с опозданием осознаю, в каком состоянии нахожусь.

Растрепанная. На коленях. Одержимая его членом. Всего за несколько секунд ему удается превратить меня в покорное животное.

Я отшатываюсь к решетке, пробую подняться.

Но Адам не разрешает.

Он сдавливает мое лицо, вынуждая широко открыть рот и проталкивает член между разомкнутыми челюстями, вбивается вглубь, практически нанизываю мою голову на свою воспаленную от возбуждения плоть.

Я давлюсь, задыхаюсь.

Он перекрывает мне кислород. По-настоящему. Совершает несколько коротких и очень грубых толчков вперед.

После отступает. Полностью покидает мой рот.

Только передышка длится недолго. Уже через пару секунд Адам повторяет захват, трахает меня в глотку. Толчки становятся жестче. Перед моими глазами пляшут ослепительные точки.

— Хватит, — успеваю прохрипеть, когда он снова дает мне передышку.

— Тогда давай сама, не останавливайся.