Ареал

Они сидели за большим обеденным столом, уставленным разнообразной снедью, и Иван ел из деревянной тарелки пышущую горячим ароматом перловую кашу с мясом, удивлённо разглядывая цветастую деревянную ложку в своей руке. Чудной сон. В нём присутствовал даже вкус. После каши он разобрался с тарелкой нарезанной ломтями сладкой тыквы, точно такой же, какой кормила его прабабка в деревне лет двадцать пять назад…

— Спасибо, Полинушка, уважила, хозяюшка! — Солдат утёр расписным полотенцем губы и поднялся из-за стола. — Однако, пора нам в дорогу. Путь предстоит неблизкий, так что жди меня к вечеру.

— Доброго пути тебе, Макар Петрович! — Девушка встала, приняла полотенце из рук солдата и плавным движением забрала точно такое же, невесть откуда оказавшееся у Берёзова.

Она посмотрела на Ивана, и её бездонные ярко-голубые глаза внезапно будто заполнили собой всё вокруг:

— Ступай, добрый молодец, и бейся с ворогами крепко, ибо козни плетут они без устали и вершат дела свои чёрные! Увидишь внучка моего, Валеру, передавай земной поклон. Знаю, сберег он оберег мой, пусть и дальше не расстается с ним. А машина, что дедом ему завещана, дожидается его на месте прежнем, как уговорено было…

Иван хотел было улыбнуться такому повороту сна, но изображение уже затуманилось, скрываясь из виду. Он успел лишь подумать, что его подсознание выдает забавные штуки: девушку лет двадцати с небольшим, просящую передать поклон внуку. Тёплая молочная муть сна нахлынула вновь, прогоняя мысли, и некоторое время Берёзов словно шёл сквозь неё куда-то, совершенно беззаботно и легко, не чувствуя ни усталости, ни земли под ногами.

Через какое-то время сон вновь прояснился. На этот раз Ивану снилось, будто стоит он рядом с солдатом где-то, судя по окрестностям, в Жёлтой Зоне. Чутьё опытного бойца подсказывало, что там, впереди, метрах в трёхстах, затаился враг. Злобный, жестокий, вооруженный противник, уже приготовившийся к бою. Берёзов хотел было предупредить своего спутника, но тот и сам внимательно смотрел в ту сторону. Солдат бросил на Ивана короткий взгляд и произнес:

— Затаились супостаты! — Он хищно прищурился. — Вижу, чуешь ты их! Это хорошо, знать, добрый из тебя воин. — Его взгляд вновь упёрся в далёкие кусты. — А ведь вовремя вороги объявились, нам как раз тебя обуть надобно! Чернышка! А ну, тащи-ка сюда вон того, крайнего!"

"С этими словами солдат почти неуловимым для глаза движением вскинул ППШ, и тишину жёлто-синего леса вспорола короткая очередь. Берёзов отчётливо услышал булькающий предсмертный хрип и громадная черная тень, откуда ни возьмись возникшая рядом, с кровожадным раскатистым рычанием стремительно метнулась вперёд.

— Шухер!!! — заорали впереди из кустов.