Ареал

Так что мы пройдем на плотике, сколько повезет, а дальше под водой.

– Я… не смогу… плыть… – полковник устало уронил голову. – Слишком… больно… тело… не подчиняется… Оставь меня здесь… Пока они будут… со мной возиться… уйдешь… Мне всё равно недолго… осталось…"

"– А я тебя дотащу, – усмехнулся Туман. – По устоявшейся традиции. Ты, главное, дыши ровно, когда под водой пойдем. Скутер у нас хороший, но нас двое, плюс груза почти десять килограмм – гоночного заплыва не получится.

Он принялся укреплять на полковнике буксировочную подвеску, острая резь в груди вспыхнула с новой силой, и контрразведчик потерял сознание, оставаясь один на один с неистребимым Зудом. Боль, рвущая мозг на куски, всё возрастала, и сознание, то выныривающее из кровавой пучины, то утопающее вновь, уже не воспринимало реальность. Сколько это продолжалось, понять было невозможно. Последним, что дошло до кипящего в раскаленном металле сознания, был шум турбин, всплеск падения и ощущение дыхания через загубник легочного автомата.

* * *Патрульный катер описал дугу, проходя в полукилометре от границы Ареала, скользнул лучом прожектора по мутной воде, захламленной обилием плавающих веток, и направился прочь. Берёзов выждал ещё минуту и всплыл, осторожно раздвигая руками речной мусор. Здесь, в месте соприкосновения Печоры с Зеленой Зоной, течение скопило целое поле древесных обломков, коряг, ветвей и отходов цивилизации: пластиковые бутылки, смятые одноразовые стаканчики и прочий хлам. Крайние метров четыреста речной поверхности вообще не было видно из-за заполонившего её мусора, и патрули даже не пытались приближаться к двухсотметровому рубежу. Это упростило сближение с Ареалом, но вот пробиться на поверхность через весь этот мусор оказалось нелегко. Помогало только течение, прижимающее лишенного сознания Рентгена к земляной стене Ареала, в точке касания с которой Печора исчезала, сменяясь Зеленой Зоной. Ну, хоть так, подумал Туман. По крайней мере, река не унесет раненого. Некуда.

На берег Зеленой Зоны пришлось выбираться почти полчаса. Сначала забрасывать груз и скутер, затем заново разгребать немедленно сомкнувшийся над головой мусор и выталкивать на сушу Рентгена, потом вылезать самому, и быстро искать укрытие, чтобы не попасть под луч прожектора следующего патруля. Хоть и далеко, но если заметят, то крупнокалиберный пулемет катера досюда достанет запросто. Берёзов затащил контрразведчика и груз за ближайшие чахлые кусты, уложил на траву и улегся сам, позволяя себе десятиминутный отдых. Этот переход дался тяжело, почти четыре часа непрерывного сплава, два из которых пришлось провести под водой.