Ареал

Что-то огромное и черное, почти сливающееся с багровыми сумерками, гигантскими скачками приближалось со стороны продолжающего бить скупыми очередями автомата. Бестелесные Амёбы вздрогнули и развернулись, собираясь встретить противника, но с каждой очередью их количество сокращалось. Призрачные твари молниеносно сомкнули ряды, собираясь в кучу, но прежде, чем получившаяся эфемерная фаланга ринулась в атаку в неё со всего размаха врезалась громадная антрацитовая собака. Амёб швырнуло в разные стороны, словно брызги от рухнувшей в море скалы, и почти трехметровый пёс на лету схватил пастью одну из них. Тридцатисантиметровые клыки гулко клацнули, и собака, не останавливаясь, замотала головой из стороны в сторону, разрывая Амёбу на ошмётки. Пёс двадцатиметровыми прыжками пронёсся мимо Болта и бросился преследовать тварей-загонщиков, обратившихся в бегство. Далекий автоматчик продолжал отстреливать разбросанных по призрачной равнине Амёб, пытающихся перегруппироваться, и звуки коротких очередей опаздывали за лопающимися на россыпи дымящихся лужиц бестелесными сгустками.

Болт посмотрел вдаль, туда, где в давно ставшем чужим багровом воздухе крохотными огоньками мерцали вспышки выстрелов. До стрелка было не менее километра, но сталкер отчетливо видел фронтовую солдатскую форму времен Великой Отечественной, щегольски начищенные сапоги и тяжелый, абсолютно спокойный взгляд, выбирающий очередную мишень через прицел ППШ-41. Фронтовик застрелил ещё одну Амёбу и принялся выверенными неторопливыми движениями менять дисковый магазин. Уцелевшие твари, забыв о Болте, воспользовались возможностью и рванулись в атаку на автоматчика. Спустя несколько секунд вокруг сталкера остались лишь быстро исчезающие призрачные лужицы, курящиеся слабым дымком. Болт проследил взглядом атакующих Амёб. Они миновали половину расстояния до Фронтовика, когда в кровавых сумерках вновь расцвели вспышки автоматных очередей. Разглядывать происходящее стало слишком тяжело, и сталкер на мгновение закрыл глаза, выдыхая. Бывают ещё чудеса на свете. А он думал, что всё…

Он сделал шаг и почувствовал, что взмок от напряжения, будто побывал под душем в одежде. Ничего, высохнет быстро, здесь жарко. Вот только дрожь пройдет от передозировки адреналина, холод, леденящий душу, утихнет, и всё будет нормально. Главное, не попасть в такую переделку ещё раз, а то второго такого испытания нервишки могут и не выдержать… Болт медленно зашагал к развалинам деревни, заставляя себя не обращать внимания на предательскую дрожь в коленях. Это пройдет. Скоро. Пройдет. Кому расскажешь — не поверят… Тут бы самому поверить, что выжил."

"До дома бабки Полины он дошёл только через десять минут.