Ареал

Первым делом он отправил срочного курьера доставить письмо Володиной в Москву, после чего улегся спать. Вселяться в отель под утро означало привлечь внимание, так что он переночует здесь. Это даже безопаснее для его здоровья, причем намного. Прежде чем выключить свет, он улегся на кровать повышенной безопасности и коснулся экранированной кнопки переговорного устройства, вызывая помощника.

— Слушаю вас, Максим Анатольевич! — отозвался тот. — Всё готово к отъезду! Куда едем?

— В Сен-Тропе! — велел было Прокопенко, но тут же передумал: — Хотя нет. В Канны! И соблюдайте скоростной режим, я никуда не тороплюсь! Мы должны быть там к двум часам дня. Разбудите меня в двенадцать! Завтрак в полпервого, в час я должен вести переговоры с Москвой."

"К моменту его доклада Лозинский с Беловым будут в курсе содержания письма Володиной, и взбучка ему обеспечена. Но на этот счет у него уже возник план: Прокопенко предложит начальству воспользоваться удачно представившейся возможностью и выслать Володиной правильный ответ. Надо выманить её и этот ОСОП на контакт и одним ударом уничтожить застарелую проблему. От наказания данное предложение вряд ли спасет полностью, но суровой каре Прокопенко точно не подвергнут. Правда, в качестве подтверждения доставки Володина требует опубликовать её письмо на интернет-ресурсах «Неравнодушных», но это уже дело людей генерала Белова, они разберутся.

Чиновник злобно скривился. Надо было сломать эту стерву прямо тогда, в подвале для рабов! Не давать ей время на размышление, а заставить сделать выбор немедленно! Что бы она ни выбрала, его устраивал любой вариант. Ну, ничего. У него ещё есть шансы добраться до неё. И если это удастся, он растопчет эту стервозную потаскушку с огромным наслаждением! Пока же необходимо отдохнуть, наверняка Лозинский вернет его в Москву очень быстро, и много времени провести на Французской Ривьере не получится. Поэтому нужно максимально приятно использовать то, что есть в его распоряжении, и завтра он этим займется. Лазурный берег ждёт! Прокопенко довольно улыбнулся, застегнул на себе ремни страховочной аварийной системы и выключил свет.

* * *«— … поймите меня правильно, Екатерина Игоревна, — звучащий из диктофона голос Волконского нёс в себе извиняющиеся интонации. — Мы ни в коем случае не ставим под сомнение искренность ваших друзей, но до сих пор нам так и не удалось повторить ни один из предложенных ими экспериментов. Так называемые вакуумные пары просто отключаются с началом Выброса, и никакого расслоения не происходит.