Ареал

«Филин» не показывал целей, но Медведь краем глаза уловил почти незаметное движение в глубине зияющего чернотой пролома в развалинах на другой стороне дороги и рухнул наземь, повинуясь профессиональному рефлексу. Сразу две бесшумных очереди вспороли воздух щелчками пуль, пронзающих пространство, на котором ещё полсекунды назад возвышался здоровяк, и бетонные обломки позади брызнули фонтанчиками крошева. Ещё с десяток стволов ударили с верхушки руин одного из домов, и ОСОП открыл ответный огонь. Зажатая в узком месте группа Медведя оказалась под прицельным обстрелом, в «Эмку» одна за другой ударили несколько пуль, и майор длинной очередью перечеркнул верхний этаж руин, заставляя противника прижать головы к полу. В двадцати метрах левее гулко громыхнул РПГ-7 Капкана, и реактивная граната стремительно вошла в чернильно-чёрный проём, мгновенно расцвечивая его яркой вспышкой взрыва. Наружу брызнули потоки пыли, дыма и рыжей кирпичной крошки, и прицельный огонь прекратился.

– За мной! – рявкнул в эфир Медведь, бросаясь вперед по захламленной дороге, и группа рванулась следом.

Позади вновь ударил РПГ, посылая к вершине развалин осколочную гранату, и второй взрыв накрыл засевших на высоте стрелков. Пока вторая группа подавляла огонь противника, бойцы Медведя покинули узкое горлышко дороги. В первые мгновения майор повёл группу правее, стремясь углубиться в руины, обойти засаду и ударить ей в тыл, но практически сразу счётчик Гейгера на УИПе подал сигнал опасности, и от этой идеи пришлось отказаться. Группа ушла влево и заняла позиции среди развалин зданий, прикрывая отход Капкана и остальных. Бандиты больше огонь не вели, но скрытность была потеряна, и дальше Спецотряд перемещался только бегом, следуя за Водяным и Расом, составившими головной дозор.

К тому, что раньше было железнодорожной станцией, удалось выйти на несколько минут раньше, чем появилась погоня. Ангар нашли благодаря ведущей к нему дороге, единственно чистого пути, петляющего вокруг разбросанных повсюду искорёженных вагонов, перевёрнутых локомотивов, разбитых пролётов рухнувшего моста и лопнувших рельсов, торчащих под разными углами гнутыми проржавевшими загогулинами. Посреди этого кладбища железнодорожного дела стоял новенький автокран с поднятой стрелой, сверкая на солнце отполированными до зеркального блеска опорами. Воздух над ним был словно чище, чем вокруг, асфальтовая площадка, на которой стояла машина, не имела на своей поверхности ни малейшей трещины или вмятины, и даже ветровые стёкла оказались настолько чистыми, что растворялись в окружающем воздухе. Увидев автокран, Водяной сделал солидный крюк, обходя его стороной, и Медведь кивнул Капкану.