Король Ардена

Рэндалл был опасен для южан до тех пор, пока не станет беспрекословно подчиняться Артуру.

– Я согласен, брат. Но как быть с Авророй? Она расскажет, что мы похитили ее и силой привезли на Север. Она до последнего будет защищать Рэндалла и, возможно, даже убедит дядю простить его и поддержать.

Артур цокнул и усмехнулся с таким видом, будто Уилл был несмышленым ребенком и задавал глупые вопросы.

– Твое дело – сообщить Дайну, как ты оберегал Аврору, заботился о ней и не посягал на ее честь. А девчонку я беру на себя. Поверь, она будет говорить только то, что выгодно нам.

– Что ты задумал? – с подозрением спросил Уилл. – Аврора очень упряма, с ней не так-то просто договориться. Вернее, невозможно. Она делает только то, что ей вздумается.

– Это уже не твоя забота, Уилл. Потом все узнаешь. А сейчас тебе нужно подготовиться к путешествию на Север. Завтра отправишься к Авроре, а уже оттуда поедете через Сентроуский тракт к западному порту. – Артур сделал паузу и на несколько мгновений задумался. – Через два дня, за два часа до рассвета.

– За два часа до рассвета? – удивленно переспросил Уилл. – Почему не на рассвете? И почему такое точное время выезда?

Артур начал перебирать бумаги на столе, давая понять, что потерял интерес к беседе, но Уилл продолжал сверлить его вопросительным взглядом. Будто почувствовав это, он поднял взгляд и раздраженно вздохнул.

– Потому что, Уилл, мы не мешок зерна перевозим, а княжну Севера и жену Хранителя Ардена. Думаешь, Рэндалл не ищет ее? Думаешь, он не выставил дозоры на всех границах Юга? Раз я даю указание, значит, ты должен безукоризненно его выполнять, если хочешь пользоваться моим доверием.

Уилл вжал голову в плечи и виновато кивнул.

– Понял. Пойду отдам распоряжения.

Он поднялся с кресла и напоследок склонил перед старшим братом голову. Ему хотелось верить, что Рэндалл не наделает глупостей и не пойдет против Артура. Ведь он любит Аврору и не желает окончательно потерять ее. Сам Уилл уже наделал немало ошибок, которые не сможет искупить до скончания своего века. Оставалось плыть по течению и молиться, чтобы эти ошибки не стали роковыми для всей его семьи.

Глава 23

Аврора провела в постели четыре дня. Все это время голова болела не переставая, а стоило подняться с кровати, и перед глазами все плыло. Как сказал лекарь, этого следовало ожидать после такого сильного ушиба. А еще у нее невыносимо болела левая щека. Когда после ее жалобных просьб Уна сдалась и принесла зеркальце, Аврора заплакала при виде своего отражения. Обрезанные выше плеч рваными клочками волосы, синяки под глазами, распухшее лицо и глубокий порез, пересекающий щеку. Из-за раны ей было больно есть и глотать и даже шевелить губами. Лекарь сразу предупредил, что останется шрам.