Изгнанник Ардена

 – В моей гильдии служат лучшие ищейки, которые могут распознать почерк представителей знати Юга и Запада. Но мне не нужна их помощь, чтобы понять, кто написал письмо. Это почерк короля Танната Адесто. Твой настоящий отец не Фредерик Ришель. Ты незаконнорожденная дочь короля Запада.

Глава 23"

"Ложь, манипуляции, интриги и предательства – все это Тристан проделывал сотни раз и ни разу не испытывал мук совести. Но когда выманил из дома Адалину под предлогом посетить яблоневый сад, странное покалывание поселилось у него в груди, не давая покоя.

История Адалины Ришель была запутанной и имела кучу прорех. Именно поэтому, увидев, как она испуганно захлопнула шкатулку, ради которой Изобель уговорила Тристана отправить в поместье Ришель домушника, он сразу понял, что там хранятся тайны, способные дать ответы на все интересующие его вопросы. Он отдал приказ Флоренс, чтобы та воспользовалась услугами взломщика и вскрыла шкатулку, пока он гуляет с Адалиной по саду.

Возможно, то неприятное покалывание, которому Тристан отчаянно не хотел давать определение, и побудило его обнажить душу перед ней и пооткровенничать. Поцелуй, последовавший за его исповедью, лишь усилил чувство в груди, и колющее ощущение переросло в режущую боль. А потом Адалина рассказала о матери, и ему отчего-то захотелось вернуть ее из мира мертвых, но только чтобы самому придушить за столь отвратительное отношение к собственной дочери.

Тристан даже пожалел, что попросил Флоренс вторгнуться в личное пространство Адалины, но то, что она нашла в шкатулке, повергло его в шок.

Адалина, демон ее забери, Ришель была не Ришель вовсе.

Незаконнорожденная дочь короля Танната оказалась фавориткой его же сына. У Тристана голова пошла кругом, когда он об этом узнал, но теперь все встало на места. И то, как Адалина иногда называла Фредерика по имени. И ее вульгарный макияж с толстым слоем белил и румян, скрывавший истинную личину, потому что она была сильно похожа на отца, – а Тристан не замечал, пока сам не узнал о ее родстве с семьей Адесто. И ее попытки отыскать Бернарда Этира по велению отца, которого она должна яро ненавидеть, особенно после того, что он сотворил с их семьей. И связь Этира с Таннатом. Адалина умело водила его за нос, а он, как дурак, радостно плясал под ее дудку.

– Ты не выйдешь из этой комнаты, пока не выложишь всю правду о себе, – процедил он, прожигая бледнеющую Адалину взглядом.

Она тяжело сглотнула и опустилась в кресло.

Тристан убрал письмо во внутренний карман жилета, а потом взял стул у стены и, развернув его спинкой вперед, сел.

– Ты ведь и так все узнал, – сказала она слегка дрожащим голосом.

В груди Тристана снова заныло от ее дерзкой красоты и блеска в глазах, но он отогнал это чувство прочь.