Батарейка для арда

 — Ну и что это такое?!

— Это котики! — пролепетала я, не прекращая пятится.

— Это волшебные котики! Они лечат!

— Что они лечат? — голосом «это последнее предупреждение, у тебя еще есть шанс!»

— Плохое настроение! Но тебе не поможет, потому что… — медленно отступая на стратегическую позицию и запираясь в ванной, — Арды на голову больные, а этого котики не лечат!

Ба-бах! — обрушился на двери удар кулака.

— Выходи или я вышибу дверь!

Как ни странно, страшно мне не было. Я была безосновательно, но железобетонно уверена — нам с котами ничего не грозит. С того самого момента, как Рэй их увидел. И от этого откровенно наглела.

За дверью зависло недоуменное молчание. Кажется, до сих пор никто не имел нахальства сомневаться в том, кто победит в противостоянии двери и арда. А спустя несколько мгновений раздалось раздраженное:

— Потому что я в домике! Ты что в салки в детстве не играл?!!

Молчание за дверью обрело совсем уж непередаваемый оттенок.

— Сейчас я тебя научу! — оживилась я выползая из укрытия. — Суть игры заключается в том, что…

— Поймал, — невозмутимо известил меня ард, сгребая в охапку и перекидывая через плечо.

Но поражение есть поражение, и его надо уметь принимать достойно. Я покорно обмякла на широком плече и так и въехала в спальню.

Плюхнувшись спиной на шикарный матрас, я раскинулась на нем, кусая губы и стараясь не улыбаться. Рэй навис надо мной грозной темной горой.

— Итак. — Ард положил руки на ремень и многозначительно щелкнул пряжкой. — Как это понимать?

Ремень угрожающе выскользнул из петель. Улыбаться мне расхотелось, я взвизгнула и попыталась скатиться с кровати, но была прижата коленом.

Ремень сложился в угрожающую петлю, я даже на секунду на долю секунды успела где-то на грани сознания всерьез испугаться и поверить, но — мгновение — и он отлетел в сторону, звонко звякнув пряжкой по полу. В этот момент последний страх я окончательно потеряла и от души заколотила склонившегося надо мной арда по груди и плечам, визжа и извиваясь змеей, не позволяя себя раздеть. И тяжелая туша, которая только что без особых усилий меня фиксировала одной конечностью, охотно эти удары принимала и даже делала вид, что никак не может справиться с этой гордой и отчаянно борющейся за свою… — ну, допустим, честь! — девушкой.

Вот только без штанов я все равно каким-то непостижимым образом осталась очень быстро, и майка задралась совершенно неприлично, а сама я уже начала выдыхаться и жалеть о прогулянных уроках физкультуры, как мир вдруг перевернулся, и я неожиданно для себя оказалась на Рэе верхом.

Серые глаза смотрели на меня — растрепанную, с рыжим гнездом на голове, тяжело дышащую так, будто бежала марафон, в одних трусиках и с почти вываливающейся из лифчика грудью.