Аравийская жемчужина

Он улыбается провокационно… Увидел ее высокую грудь в разрезе халата и снова затвердел… Напугал ее, видимо…

– Не бойся, пташка… Сейчас не трону тебя… Пусть все заживает до вечера…

Она поморщилась от его слов… Лишь отхлебнула их чашки, шумно выдохнула, смотря в сторону…

– До вечера?– спрашивает с опаской…

Слышит его смешок…

– Ну, неужели ты думаешь, что, открыв для себя ворота, я не буду туда заходить?"

"Ее всегда раздражали подобного рода фразы по поводу женской анатомии, а теперь уж тем более, от него… в ее контексте… Цинично это все звучало, как– то по– мужлански…

– Что теперь будет?– спрашивает опасливо… Боится, малышка… Сегодня голова остыла, и на место смелой девочки пришла разумная дочь премьера…

Анвар разворачивается, уходит обратно в комнату, натягивает на себя джинсы, оставляя голым торс.

– Все предельно просто,–  кричит из коридора,–  через неделю я поеду в Дамаск… Поговорю с Васелем… Расскажу, что любим друг друга… Что хотим пожениться… Попрошу твоей руки…

– Про… это тоже расскажешь?–  она подбирает слова, сгорая со стыда, нервничает…

– Если все пойдет по плохому сценарию, то да… Расскажу…–  возвращается обратно в комнату, поднимает на нее испытующий взгляд.

– А что означает «по плохому сценарию», Анвар?

Усмехнулся…

– Если твой отец не захочет отдавать тебя мне, придется признаться, что я тебя подпортил…

От его слов Амаль снова вздрагивает… Отворачивается к окну, обхватывая себя за плечи.

Анвар тут же подходит к ней вплотную, заставляет встать… Нежно гладит по телу, прижимает к своему голому торсу, целует глубоко в губы…

– В первый раз всегда больно, малышка… Обещаю, потом будет намного лучше… Сказочно лучше… Тебе понравится…

Она молча кивает, веря ему, сглатывает ком в горле…

– Анвар…

– Что, Аммули?

– Я боюсь… И… какое– то предчувствие неприятное… Даже не знаю… Может не стоит спешить? Повременим с разговором с папой?

Поднимает на него встревоженные глаза.