Екатерина Арагонская. Истинная королева

Я почти ни с кем не встречаюсь, кроме своих учителей, меня держат в тени. Вы знаете, что войти в мою спальню можно только через комнату отца? Я никуда не могу пойти, даже проехаться верхом по парку, без его разрешения.

– Сочувствую вам, – повторила Екатерина. – Мне казалось, моя жизнь целиком подчинена этикету. Иногда я даже могла накричать на свою дуэнью: она поднимает такой шум из-за мелочей.

Принцессе хотелось сказать больше, но нельзя было допустить, чтобы у Генриха сложилось впечатление, будто она осуждает короля. Без сомнения, государь имел веские причины переживать за своего единственного наследника.

– Я знал, Кэтрин, что вы поймете! – Генрих взял ее руки и сжал их.

Она ощутила, что наслаждается его обществом. Он был как глоток свежего воздуха в отупляющем однообразии ее жизни. И у них, оказывается, было гораздо больше общего, чем она могла подозревать. Она жалела Генриха, да, но была глубоко благодарна ему за то, что он ей доверился. Как бы там ни было, подумала Екатерина, а начало положено удачно. За следующие два года должно произойти немало таких встреч. А потом они поженятся.

С бедным Артуром у них не было ничего похожего.

Глава 6

1504–1505 годы"

"Да можно ли чувствовать себя еще хуже? Екатерина лежала в постели в Дарем-Хаусе, мучимая лихорадкой и расстройством желудка. До этого она жила в Ричмонде, в обществе принца Генриха и короля, но с приходом осени ее отправили в Дарем-Хаус, где она разболелась пуще прежнего. Каждый день Екатерину бросало то в жар, то в холод. Бледная как смерть, она принуждала себя проглатывать пищу. Врачи продолжали уверять ее, что она скоро поправится, но принцесса им уже не верила.

Хуже всего в этой болезни было то, что она разлучила Екатерину с принцем. Они так мило проводили время в Виндзоре и Ричмонде. Каждый день охотились в сопровождении придворных. Устраивались пикники под деревьями, жених и невеста вели долгие разговоры на разнообразнейшие темы – от математики и астрологии до осадных машин и ружей. На самом деле Екатерина даже подумала, что принц никогда не прекратит говорить о войне!

Вошла Мария, ее милое лицо выглядело озабоченным.

– Король снова прислал гонца справиться о вашем здоровье, ваше высочество.

– Как и каждый день. Такая забота с его стороны. Король относится ко мне как к родной дочери.

– Король еще раз предлагает посетить вас. – Мария наклонилась и мягко промокнула лоб Екатерины влажным полотенцем.

Принцесса застонала. Он не хотела, чтобы король Генрих видел ее в постели или в таком прискорбном состоянии.

– Нет, Мария, пожалуйста, скажи посланцу, что я благодарю его величество, но слишком больна и не могу принять его.

Она откинулась на подушки, охваченная вялостью. Только письмо от Маргарет Поул побудило ее приподняться.