Аптека Снежного барса

Помощник его и спас, иначе бы уже валялся в госпитале с побоями. Влетел в комнату и без вопросов врезал ближайшему бугаю табуретом. Другому сломал нос, дальше драка завертелась так, что Ирвин не успевал следить за происходящим. Двигался Бринс технично и профессионально, но снова со странностями. Много подсечек, уклонений, коротких ударов. С его ростом и сложением можно было бы действовать проще и грубее. Возможно, гимзорская школа сказывается или в гильдии так обучили.

– Подозрительный тип. И в банях ему не понравилось.

Чай Лестер уже допил, теперь высматривал на столе что посерьезнее. Но суетливый Бринс, который постоянно помогал с сервировкой, заперся у себя в комнате, а у Ирвина так болела нога, что вставать и угощать друга было выше его сил.

– В холодильном шкафу полно всего, – заметил он. – Возьми. И знаешь, ты прав, Бринсу там не понравилось. Его как будто раздражают и пугают прикосновения.

– Говорю же – странный.

Глава 12

Я настолько устала за день, что уснула почти мгновенно, зато и вскочила еще до зари, так сильно болели руки. Но если и сломала себе пару костей – оно того стоило. Не надо лезть к девушкам, которые просто решили отдохнуть в банях. Тем более к тем, которые выросли в гимзорских подворотнях.

Я тихо прокралась вниз и зашла за прилавок, чтобы найти себе какую-нибудь мазь. Ирвин бы подсказал точнее, но не хотелось будить его и придумывать потом оправдания, почему он не может сам обработать мне руки.

Баночки и флаконы пестрели надписями и номерами, так и не поймешь, какая нужна. В тех, что выдавали без рецепта и назначения врача, ничего подходящего не нашлось, и я закопалась в ящики. Сколько же здесь всего! Почему не подписать просто «чтобы рука не болела»? Так нет: «болтушка-1», «линимент дегтярный», «раствор Одаля»… Я вытащила пару баночек из тех, которые продавала пациентам с жалобами на боли в суставах, разложила их на прилавке и только тогда заметила недовольного Ирвина.

Не поленился же вылезти из постели и доковылять до торгового зала. Правда, неплохо сэкономил время, когда решил явиться без одежды, в одном белье. Возмущаться этим после вчерашнего посещения бани было глупо, но смотреть все равно странно. Я одновременно хотела и не хотела, чтобы аптекарь надел все слои своей привычной одежды. Так спокойнее, зато не полюбуешься на его сложение.

– Что ты собрался делать с мазями на сотню монет? – вкрадчиво спросил он.

– Сам обещал мне аванс, вот и пользуюсь. Или жалко?

Я изобразила глубокую обиду, но Ирвин невозмутимо подошел ближе и начал по одной поднимать баночки."

"– Вот эта – крайне жгучая, держу ее для тех упертых болванов, которые предпочитают лечить спину по старинке.