Аптека Снежного барса

Я не выдержала и подошла ближе, чтобы прикоснуться к воздушной ткани его юбок и серебряному шитью. Мелкие камни блестели на лифе и рукавах, а горловину выложили жемчугом. Вначале я присвистнула, оценив примерную стоимость, затем подошла ближе, присмотрелась и скисла. Подделки, хотя и качественные, обычный человек не отличит. И даже так платье все равно стоило немало, хватило бы на два-три месяца уплаты налогов и на ремонт аптеки, но Ирвин его не продавал и, кажется, вообще не заходил в комнату.

Значит, слухи о его сбежавшей или погибшей невесте правдивы. Что-то такое случилось в прошлом, что заставило его запереть комнату на засов и возненавидеть женщин.

На чердаке я тоже не нашла ничего интересного, только старые вещи и пучки трав, развешанные по всему потолку. Судя по их количеству, аптекарь предпочитал закупать свежие и сушить их самостоятельно. Еще нашелся склад разнообразных костей и рогов, явно от тварей из диких земель. Я поворошила некоторые и решила уговорить Ирвина сменить поставщиков с каких-то незнакомых прохиндеев на почти родных. В смысле – моих сестру и зятя. И ему удобно, и с них процент возьму. Должна же быть выгода от всей этой затеи.

В дальнем углу, возле круглого окошка, стояли запылившаяся лошадь-качалка, рассчитанная на ребенка кровать и целый сундук игрушек. Похоже, ими играл еще маленький Ирвин, а то и кто-то из его родителей, но все равно было интересно повертеть в руках.

У нас в Гимзоре детей не балуют, хочешь играть – возьми палку. Если стащил где-то пару лоскутов ткани – ты уже богач и король среди прочей ребятни бедняцких кварталов. Здесь же лежали забавные деревянные зверушки, целая коллекция солдатиков, пара кукол в красивых платьях и множество других занимательных вещиц, в которых я запретила себе копаться. Вряд ли аптекарь тут хранит личный дневник с откровениями, почему поссорился с дедом и ненавидит женщин, а у меня время поджимает.

Я убрала все на место, убедилась, что не оставила следов, и спустилась вниз, искать зацепки дальше. Целую минуту стояла под дверью в комнату аптекаря, но так и не вошла внутрь. Оставлю это на крайний случай, пока буду притворяться, что не до конца растеряла совесть.

В отличие от второго этажа, на первом почти все комнаты оказались нежилыми: просторная кладовая, вторая, с магическим охлаждением воздуха и настоящим холодильным шкафом, торговый зал, спальня Ирвина и еще одна, тоже закрытая. Я без долгих колебаний открыла ее и попала в центр разрухи. Судя по черноте на стенах и куче обломков, здесь что-то взорвалось и сгорело.

– А вот и чашечки, – пробормотала я, поднимая обломки сервиза."

"Кто-то знатно разворотил кухню, а аптекарь решил не приводить ее в порядок.