АПП, или Блюстители против вредителей!

Пока качали права, проводник плюнул на копуш, вернул задаток и ушел один. В третий раз, когда Янка и Лис сели на хвост влюбленной парочке, те умудрились потерять своих спутников в городе на почти пустой улице. Вот были, а потом свернули – и исчезли, как сквозь землю провалились.

Трех попыток оказалось достаточно, чтобы даже о Либеларо понял – просто так добраться до храма не получится. Он первым предложил Янке отложить визит до конца года. И если к концу второго курса ничего не сообразится, попросить помощи у декана. Браслеты же на руках друзья постановили считать обычными побрякушками. Кстати, именно так и решили однокурсники, видевшие дракончиков на руках у напарников. Вдобавок Лис, совершенно не кривя душой, объявил, что украшения – это подарок. А что подарок не его личный, а храма Ветров – об этом парень умолчал.

Гораздо больше, чем браслеты, однокурсников интересовал новый член команды – староста Стефаль. Кое-кто завидовал, но против воли шэ-дара не попрешь, так что студенты даже сильно не возмущались, к тому же идея Машьелиса о сборных командах помогла найти напарников еще пяти «беспризорным» блюстителям с других курсов. Нет, скопом студентов «на коврик для медитации» Тайса с деканом не вызывали. Что-то мастера втихую похимичили, может, погадали, но все, кого приглашали в зал медитации для «перевыборов», обделенными не остались.

Янка вообще не принимала всерьез историю с помолвкой в развалинах храма через колокольчики и браслетки. Разве же можно без живого священника или хотя бы работника ЗАГСа, внесшего запись в журнал бракосочетаний, считаться чьей-то невестой? Практичная девушка думала, что нет. А что был у нее на попе цветочек, а стал дракончик – так пусть. Изображение симпатичное, яркое, как детская переводная картинка. Не мешает. Не на носу же нарисовалась! Отыскали они браслетики на каких-то развалинах, надели и не сняли. Что с того? Пускай висят, жить не мешают, в отличие от Гада, замучившего тройку второкурсников тонкостями создания знаков на пустышках Игиды.

Как раз сейчас девушка с друзьями сидела в столовой и пыталась избавиться от непередаваемого едкого запашка волшебных чернил, коими чертились знаки. Лабораторная кончилась, а запах, забившийся в нос, как медведь в берлогу, остался. И ни в какую вылезать не желал. Даже массированная атака аппетитных ароматов ухи и мясной запеканки помогала не до конца. Зато трескотня Машьелиса вместо расслабляющей музыки превосходно выдувала из головы бесконечное множество смыслов столь же бесконечного множества знаков.

Лис одновременно трепался, ел за троих, вертел головой и без конца почесывал запястье через рубашку. Хаг тоже кушал и так заразительно чесался, что и Янка ощутила зуд в руке.