АПП, или Блюстители против вредителей!

Наверное, не хотела подставлять напарника и давать пищу язычку пещерницы.

Стучать и просить разрешения войти не пришлось, похоже, Еремил не сподобился закрыть двери после визита Тааты. Янка осторожно приоткрыла створку и вошла. Общаться с пьяными она не любила, но умела. В поселке были и крепко пьющие мужики, и выпивающие от случая к случаю, и гудящие лишь по праздникам. В общем, ничего нового Яна увидеть не рассчитывала. Войдя, она первым делом принюхалась и удивленно нахмурилась: в комнате пахло не алкоголем, а какими-то травами. Такой запах бывал в фитоаптеке или во дворе дома на газоне, у копенки скошенной и успевшей подсохнуть травы.

– Еремил? – позвала Янка.

– А? Это вы? – очнулся от каких-то тяжких раздумий сидящий в кресле парень и глянул на вошедших девушек совершенно трезвыми глазами. Вздохнул, приложился к бутылке с коричневой жидкостью. Сделав глоток, юноша поморщился и спросил:

– Ты за конспектом, Таата? Он там, на углу стола вверху стопки, можешь взять.

Хоббит хлюпнула носом, а Янка спросила:

– Ерем, ты чего какую-то гадость пьешь?

– А? – Парень неприязненно покосился на бутылку. – Это я, как мастер Тайса советовала, к Лесариусу сходил. Старичок-молоток всего обстучал и велел для стабилизации проявлений демонической формы и дара пить настойку. На вкус – как мои нестиранные цикладу носки и отрыжка гиены. Но я ведь не хочу никого покалечить, потому глотаю эту мерзость. У Пита, кажется, на этот запах аллергия, он расчихался и смылся. Сказал, вернется не раньше, чем я эту дрянь допью и выброшу тару. И знаете, что самое поганое, девчата, добавлять в питье ничего нельзя и заедать тоже. Рры-хг. Ты что-то хотела, Ян?

После рассказа Еремила девушка тихо обалдевала от непосредственной самовлюбленности сирена. Она была настолько велика, что Пит не боялся практически ничего и никого. Парень, очевидно, всерьез полагал, что с ним, великолепным, ничего плохого (пара дырочек на рубашке не в счет), произойти в принципе не может. Вселенная не переживет такой потери! Вот и сейчас Цицелир, казалось бы, должен был перед соседом по струночке ходить, бояться рассердить, а он капризничал и условия ставил! Янка хмыкнула и ответила на вопрос одемонившегося однокурсника после небольшой паузы:

– Я с Таатой за компанию пришла. Ты ее своим грозным видом напугал. Сидишь мрачнее тучи, бутылка в руках, две под креслом. Вот она и решила, что ты топишь проблемы в выпивке, и позвала меня на помощь.

Еремил представил, как выглядит со стороны, подавился очередным глотком прописанной Лесариусом мерзости и, откашлявшись, захохотал.

– Ну… я ведь видела, – виновато хлюпнула носом Таата.