Аполлон на миллион

– С девяносто четвертым годом непросто – не все в электронку переведено. Я перелопатила то, что нашла, но улов нежирный. Слово «армия» муссируется постоянно, но в сочетании с лебедями всего один раз. Я тебе уже говорила про ДТП со смертельным исходом. Возле магазина «Армия красок» неизвестный водитель сбил тринадцатилетнего Володю Караваева и скрылся с места преступления. Подростка нашли не сразу – улочка, где случилось несчастье, маленькая, а в девяносто четвертом Москва еще не застывала в пробках, водители не занимались изучением всех дворов и закоулков, чтобы миновать заторы. Мальчика обнаружили утром в районе семи, когда народ пошел к метро. Преступнику повезло: в ту ночь дождь лил как из ведра и смыл все следы, уничтожил улики.

– Бедный паренек оказался не в том месте, не в тот час, – пожалела я Караваева. – Надо же, один на улице ночью… Кто ж его из дома-то выпустил в такое время? Вот почему получить водительские права, не побывав у психиатра, нельзя, а произвести на свет ребенка, не доказав, что ты морально готов к миссии родителя, можно? Недавно я прочитала в газете объявление: «Мне двадцать три года, у меня шесть детей, их возраст год, два, три, четыре, пять, шесть лет. Гражданский муж не работает, пьет, бьет меня. Живем в деревне, умираем с голоду. Помогите, кто чем может». С одной стороны, молодую женщину жаль, но с другой… Зачем она упорно беременеет от мерзавца? И как можно умирать от голода в деревне? У нее что, нет приусадебного участка, на котором картошку-морковку посадить можно? Безголовая особа хоть иногда задумывается, какое будущее ждет ее ребят? И как относиться к родителям несчастного Володи, которые позволили сыну среди ночи да еще в ливень кататься на велосипеде? Они наркоманы или алкоголики?

– Нет, вовсе не пьяницы, не маргиналы, мальчик был из семьи докторов наук, – перебила меня Луиза. – Отец, владелец коммерческого вуза, преподавал там математику, мать работала в том же институте на другом факультете. Большая квартира, две машины, загородный дом. Велик у парня стоил дороже «Жигулей».

– Откуда ты столько всего узнала? – удивилась я.

– Это моя работа, – хмыкнула Басова. – Там порылась, здесь покопалась, много материала нашла в прессе. Владимир погиб двадцать восьмого апреля. А двадцать девятого газеты уже подняли вой и неделю визжали, прохода убитым горем родителям не давали, опросили их друзей, коллег, соседей, прислугу, пытались найти хоть какой-то кусок дерьма, но безрезультатно. Семья Караваевых просто образцово-показательная: родители заботились о сыне, он был отличником, не пил, не курил, с плохими компаниями не водился.

– Почему же он оказался ночью в дождь один на улице? – поразилась я.