Апельсиновый сок

Западные фирмы испытывают на наших больных свои лекарства, а мы только рады: на лицензионные препараты деньги есть у единиц, так пусть лучше лечение экспериментальными средствами, чем вовсе никакого.

Конечно, следуя лучшим традициям медицины, она, врач, должна стремиться испытать непроверенные средства на себе. Но она не будет, пошли все к черту. «Я не хотела жить, так пусть хоть это мое желание исполнится!»

Теперь каждый вечер к ней без звонка приезжала Надя и требовала, чтобы она начала лечиться. Эти визиты так измучили Веронику, что она уже подумывала снять номер в гостинице и перебраться туда. Однажды Надя даже собралась переночевать в ее квартире, и тогда Вероника закричала, что сейчас вызовет милицию.

– Ты неадекватна! – в ответ закричала Надя. – А я не могу спокойно смотреть, как ты себя губишь, я твоя сестра!"

"– Я сама имею право распоряжаться своей жизнью. Сейчас не советское время, когда слово врача было законом! А если мне будет нужна твоя помощь, я сама тебя позову.

Надя по-хозяйски расхаживала среди строительного мусора, заваривала чай, пеняла Веронике, что у нее нет супа.

– Тебе уже нужна моя помощь, потому что ты не в состоянии нормально соображать! Я устрою тебя в онкологический институт, да у тебя и самой прекрасные связи, ты легко попадешь на протокол.

– Я не могу себе это позволить. Всю жизнь я работала, чтобы обеспечить людям нормальный уровень медицинской помощи, я за это зарплату получала, и теперь не имею права лечиться лучше, чем другие.

– Что ты городишь! Есть такая вещь, как корпоративная солидарность!

– Она есть у практических врачей. Я к ним не отношусь.

– Ну и что ты будешь делать?

– Отстань, а? Если вдруг мне придет в голову отравить себе последние месяцы жизни, я пойду к районному онкологу, возьму направление… Ну и так далее. А если вдруг мне скажут, что есть чудесный химиопрепарат, который действительно поможет, то я куплю его за собственные деньги.

– А ты хоть представляешь себе цены на нормальную химию? Двенадцать тысяч за ампулу, и это далеко не предел!

– Ну и что? Я состоятельная женщина.

– Ты ведешь себя, как подросток, готовый пожертвовать жизнью ради того, чтобы кому-то что-то доказать. Доверься мне, и я устрою тебя к лучшим специалистам. Ты ведь недавно в Питере и не знаешь, куда надо обращаться.

Так продолжалось изо дня в день. Надя никак не хотела угомониться и признать, что младшая сестра не хочет вступать в борьбу с болезнью. Но хуже всего было то, что она сообщила о Вероникином диагнозе многим коллегам и некоторые потом звонили Смысловской, чтобы предложить помощь.

– Я привлеку тебя к ответственности за разглашение врачебной тайны! – однажды пригрозила ей Вероника, измученная Надиной назойливостью.

– Неблагодарная дрянь! – взвилась Надя.