Свинья в апельсинах

Так что мы ограничились тем, что заперли дверь и теперь с нетерпением ждем возвращения госпожи Юлии или господина Антона, чтобы они более точно могли сказать, не пропало ли что-то из их квартиры.

Ту же самую историю ему почти слово в слово повторила консьержка, к которой Ганс спустился через несколько минут.

— Я могу осмотреть их квартиру? — спросил Ганс у пожилой женщины.

— Полагаю, что да, — кивнула та. — Пойдемте.

Они поднялись к квартире Юлии, и консьержка отперла дверь.

— Мне все ясно, — сказал Ганс, обойдя квартиру. — Жаль, что вы сразу же не уведомили полицию о случившемся.

— Да что случилось-то?! — воскликнула консьержка. — Девушки просто забыли в спешке закрыть дверь. Можете мне поверить, такое случается гораздо чаще, чем вы думаете."

"Ганс слушал, и у него в голове складывалась вполне определенная картина. После разговора с владельцем пропавшей собаки и консьержкой из дома Юли Ганс вернулся к себе в участок в небольшом смятении чувств. Дело, от которого он вначале чуть было не отмахнулся, как от безделицы, обрастало угрожающими подробностями словно снежный ком. Мало того, что исчез господин Антон, теперь еще исчезла и его жена, а также ее подруга. А квартира, в которой они проживали, подверглась обыску. В этом Ганс был совершенно уверен.

Девушки проснулись поздней, чем намеревались вчера. Сегодня дождя не было. И солнце уже вовсю светило в окна их номера, когда Мариша первой продрала глаза и принялась будить Юлю и Кэт.

— Который час? — зевая, пробормотала Юля.

— Полдень по местному времени, — сказала Мариша. — Вставайте, сони. Нам нужно успеть поймать такси, смотаться в аэропорт, поговорить там со служащими и сотрудниками полиции аэропорта насчет тех троих, а потом к четырем часам вернуться в отель, чтобы, как условлено, встретиться тут с Клаусом.

— Господи, такое чувство, что по мне стадо слонов всю ночь топталось, — произнесла Кэт, вылезая из постели.

— Есть хочется ужасно, — сказала Юля.

— Завтракать будем потом, — ответила Мариша.

— Это что, диктатура? — возмутилась Юля. — В конце концов, на завтрак мы с Кэт имеем полное право.

— Я не хочу есть, — возразила Кэт. — Мне жутко плохо, меня тошнит, и у меня болит голова. Так что есть я точно не хочу.

— Ну и пожалуйста, — обиделась Юлька. — Не ешьте. Но умыться я хоть могу?

— Сколько угодно, — заверила ее Мариша. — Только воды нет. Я проверяла.

Юля ей не поверила и отправилась в ванную. Оттуда она вернулась с удрученным лицом.

— Воды и в самом деле нет, — сказала она. — Ладно, поехали в аэропорт. Там и перекусим, и умоемся.

Девушки умылись лосьоном для снятия макияжа, который нашелся у Кэт, намазали открытые участки кожи кремом и вышли на улицу.