Анжелика. Путь в Версаль

Они же могли упасть в камин… Смотрите, Кантор обжег себе руку…

Тот посмотрел на нее своими прозрачными как лед глазами.

– Ваши сыновья трусливы, как бабы, – произнес он нетвердо.

Лицо его было краснее обычного, и он пошатывался.

«Да он пьян!» – промелькнуло в голове у Анжелики.

В этот момент вошла Барба. Задохнувшись, она схватилась за грудь, чтобы унять отчаянно колотящееся сердце. Глаза ее с ужасом перебегали с Филиппа на Анжелику, потом остановились на мертвой собаке.

– Простите меня, мадам, – пролепетала она. – Я пошла за молоком для детей на завтрак, а их оставила под присмотром Флипо. Я никак не могла подумать…

– Ничего страшного, – спокойно сказала Анжелика. – Дети не привыкли так близко от себя видеть злобных охотничьих собак. Они должны привыкать, если хотят выезжать на охоту на оленя или кабана как настоящие дворяне.

Будущие дворяне без особого энтузиазма косились на собак, но, оказавшись под защитой матери, они уже ничего не боялись.

– Глупыши, вот вы кто, – нежно проворчала она.

Филипп, в золотисто-коричневом дорожном костюме, разглядывал всю группу, покачиваясь на широко расставленных ногах. Потом хлестнул собак плеткой, рванул их за поводки и вышел из комнаты.

Барба быстро захлопнула дверь.

– Меня разыскал Флипо, – шепнула она. – Господин маркиз выгнал его из комнаты. И вы меня не убедите, что он не хотел затравить мальчиков собаками…

– Не говори глупостей, Барба! – сухо отрезала Анжелика. – Господин маркиз просто не привык к детям и не умеет с ними обращаться. Наверное, он хотел поиграть…

– Ну да! Игры принцев крови! Известно, куда они заводят! Я знаю одного малыша, который уже заплатил своей жизнью…

Анжелика содрогнулась, вспомнив Лино. Разве белокурый Филипп не был тогда среди мучителей маленького продавца вафель? И разве его не пошатывало точно так же, как сейчас? Тогда он тоже не реагировал на мольбы…

Поняв, что дети успокоились, она ушла к себе и уселась за туалетный столик поправить прическу.

Что все это значило? Надо ли принимать инцидент всерьез? Филипп был пьян, это бросалось в глаза. Протрезвев, он, конечно, извинится за свой поступок…

Но из головы не выходили слова Мари-Агнес: «Он настоящее животное!»

В нем прячется коварное, жестокое животное… «Когда он захочет отомстить женщине, он не остановится ни перед чем».

«Но не станет же он нападать на детей!» – сказала себе Анжелика, отбросив дурные мысли и быстро поднимаясь.

В этот момент дверь в комнату отворилась. На пороге стоял Филипп и глядел на нее тяжелым взглядом:

– Ларец с ядом у вас?

– Я передам его вам в день нашей свадьбы, как записано в контракте.

– Мы обвенчаемся сегодня же вечером.

– Значит, я передам вам ларец сегодня вечером, – сказала она, силясь не выдать замешательства.