Анжелика. Путь в Версаль

Замерзшая, бесчувственная настолько, что даже не ощутила прикосновения его руки, Анжелика ждала. Она знала, что сейчас произойдет. Это было неотвратимо. Это необходимо должно было свершиться. Только ПОСЛЕ этого ее сердце сможет ожить. Ибо все в ней умерло, и лишь ненависть была способна вернуть ее к жизни.

В желтом свете фонарей она увидела двух монахов; они шли, поддерживая друг друга под руку. В одном из них она без малейшего труда узнала Конана Беше. Второй, пухленький и многословный, разглагольствовал на латыни, энергично размахивая руками. Должно быть, он был слегка навеселе, потому что время от времени прижимал своего спутника к стене, а затем, извинившись, прямиком толкал в канаву.

Анжелика узнала резкий голос алхимика. Он возмущенно возражал, тоже на латыни. Возле самого крыльца Беше с возмущением воскликнул по-французски:

– Хватит, брат Амбруаз! Ваши измышления о крещении в жирном бульоне – это ересь! Таинство ничего не стоит, если вода, которой оно совершается, загрязнена нечистыми элементами, каковыми являются животные жиры. Крещение в жирном бульоне! Какое кощунство! Почему бы не в красном вине, вы ведь его предпочитаете? Вас бы это вполне устроило, – похоже, вы очень его любите!

Резко выпрямившись, тощий францисканец стряхнул цепляющуюся за него руку. Плачущим голосом пьяницы толстый брат Амбруаз пробормотал:

– Брат мой, вы разрываете мне сердце… Увы! Мне бы хотелось убедить вас. – И неожиданно, словно безумный, выкрикнул: – Ха-ха! Deus coeli!

Почти в то же мгновение Анжелика осознала, что брат Амбруаз стоит возле них, на крыльце.

– Валяйте, ребята! – прошептал он, плавно перейдя с латыни на босяцкий говор.

Конан Беше обернулся:

– Что с вами? – Умолкнув, он принялся испуганно озираться по сторонам. Почти лишившись голоса, он позвал: – Брат Амбруаз! Брат Амбруаз, где вы?..

Его тощее лицо фанатика, казалось, исказилось еще больше. Задыхаясь и в ужасе оглядываясь вокруг, он сделал несколько неуверенных шагов.

– У-y-y! – С жутким улюлюканьем ночной птицы в игру вступил карлик. Сделав кувырок вокруг угрожающе заскрипевшей металлической вывески, он, как огромная жаба, ловко спрыгнул под ноги монаха Беше. Тот вжался в стену. – У-у-у! – повторил карлик.

Исполняя перед своей испуганной жертвой какой-то адский танец, Баркароль кувыркался, причудливо кланялся, гримасничал, делал неприличные жесты. Он буквально заточил Беше в дьявольский круг. Затем из темноты, ухмыляясь, выступило второе безобразное существо – кривоногий горбун. Колени его стукались друг о друга, а слишком широко расставленные бедра и ступни заставляли передвигаться с резким и устрашающим раскачиванием.