Анжелика Монсорье (СИ)

Но самое отвратительное было то, что вместе с остановкой заклинания, точнее без его чтения, мое тело остановилось ровно на том же. То есть я до сих пор чувствовала нож в сердце, только поворачивающий рукоятку, сделал паузу.

Мне не было видно, что происходит, только на потолке вдруг появилась огромная тень, которая позже переросла в две фигуры. Очень смутно в них угадывались очертания принца и принцессы.

Когда на мой живот легла ледяная рука, я поняла, что сделал принц.

Как никак, Маршен, стихийник, он тоже учился в Школе Стихийников, только на несколько лет старше меня. Вполне закономерно, что ему прекрасно знакомо условие разрыва ритуала. Руку своей сестры, все еще не заживленную от пореза, он и приложил к моему телу. Если бы Тревор не был удивлен его появлением, сомневаюсь, что у принца это вышло.

Но с прикосновением Изабелл, невидимый нож в сердце исчез. Тысячи судорог вновь пронзили тело, только теперь я выгибалась на столе, не сдерживая ни стонов, ни криков.

Что там в это время делал маг и принц, меня не интересовало. Я плохо переношу боль, особенно такой силы. Но даже понимая, что отключившись мне будет легче, удерживала сознание. Да, Маршен разорвал связь, но что будет, если Тревор попробует дать отпор принцу? И его высочество проиграет? Что помешает Изабелл начать все сначала?

Правильно, ничего.

Свернувшись клубочком на столе, уговаривала сердце биться ровнее, а глаза открыться. Но ничего не получалось. Я не была готова к таким мучениям: меня скручивало, выворачивало, сжимало как пружину, и медленно вытягивало обратно. Я могла только скулить и глотать кровь из разбитых губ.

В какой -то момент, я поняла, что с таким трудом удерживающееся сознание, просто уплывает от меня."

"Я не могла сконцентрироваться ни на чем, если до этого в моем мозгу билась мысль - удержаться, то сейчас, волнами накатывала тошнота.

Нас было двое, во всем этом мире, только она и я. Боль и я.

Много боли, она как искры от костра, разлеталась в разные стороны, все больше разгораясь, гасла, и вновь разгоралась с новой силой.

Я была на грани, я готова была сдаться, раствориться в спасительном нигде, лишь бы не чувствовать.

У Маршена были другие планы. Прийти в себя мне помогла холодная вода, любезно предоставленная принцем, я и забыла, что он тоже пользуется стихией воды.

Вода, что окатила меня с ног до головы, отрезвила моментально. Липкий пучок боли, съежился и исчез совсем, остался только легкий озноб.

С неимоверным усилием открываю глаза, по комнате поплыли круги. Слишком мутно я еще вижу, ничего разобрать не могу. Яркая вспышка заставила меня зажмуриться. Но больше всего меня напугало другое: я ничего не слышала!

И, конечно, дело не в тишине, этого просто не могло! В домике ведьмы шло сражение! Двух против одного.