Анжелика и её любовь

Что делал здесь этот персонаж из блестящей свиты какого-нибудь кастильского вельможи?

Она так пристально рассматривала его и его деревянных солдатиков, что чуть не споткнулась, выходя из шлюпки. Пытаясь устоять, она вдруг перестала понимать, что происходит. Все кружилось. Земля будто поднималась и ускользала у нее из-под ног. Она чуть было тоже не упала на колени.

Чья-то сильная рука поддержала ее, и она увидела рядом с собой смеющегося мужа.

— Вы отвыкли от суши. Еще несколько дней вам будет казаться, что вы на палубе корабля.

Так, держась за его руку, она вышла на берег. Пусть это был случайный жест — ей он показался добрым предзнаменованием.

Правда, мушкеты, направленные моряками с «Голдсборо» на мужчин-протестантов, предостерегали от неумеренного оптимизма.

Теперь, когда улеглось первое волнение, мужчины и их семьи с тревогой ожидали решения своей участи. Суровые к самим себе так же, как и ко всем другим, они не питали никаких надежд относительно будущего, которое было им уготовано. Должно быть, в этих краях власть закона «око за око, зуб за зуб» была еще более непререкаемой, и они не ожидали никакого милосердия от человека, который, как они не раз уже могли убедиться, был скор на расправу. Они, казалось, сами удивлялись, что все еще живы.

К Маниго и его людям приблизились индейцы и положили к их ногам снопы из связанных кукурузных початков, корзины с овощами и различные напитки в удивительных сосудах круглой и продолговатой формы, вероятно, вырезанных из очень легкого дерева, а также готовые кушанья на кусках бересты.

— Образчики того приема, который приготовил для вас великий сашем, — объяснил граф де Пейрак. — Его здесь сейчас нет, но он не замедлит появиться.

Маниго оставался напряженным.

— Что вы думаете сделать с нами? — спросил он. — Пора вам объявить о своем решении. Если нас ждет смерть, к чему вся эта комедия гостеприимства?

— Взгляните вокруг. Это не смерть, а жизнь, — сказал граф, обводя широким жестом роскошный пейзаж.

— Следует ли из этого, что вы откладываете казнь?

— В самом деле, откладываю.

Усталые, мертвенно бледные лица протестантов порозовели. Они мужественно приготовились к смерти, помня его безжалостные слова: «Око за око, зуб за зуб!»

— Хотел бы я знать, что скрывается за вашим милосердием, — заметил Маниго брюзгливо.

Граф топнул по красному песку своим красным сапогом.

— Оставайтесь здесь и постройте порт, который будет более богатым, обширным и знаменитым, чем Ла-Рошель.

— Что это, условие нашего спасения?

— Да… Если только истина в том, что спасение людей в продолжении дела жизни.

— Вы делаете из нас своих рабов?

— Я дарую вам чудесную землю.