Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

 — Хохочут, как ни в чем не бывало, будто война уже кончилась и передовая не в шести километрах.

— О, они еще поплачут, Николай Артемьевич, когда мы двинемся вперед.

Из-за угла вышли Маринка в пилотке на густых черных кудрях и щеголеватый лейтенант Турушин. Маринка еще издали призывно махнула рукой Сотникову. Майор отвернулся, потом не спеша зашел внутрь здания и, будучи дальнозорким, стал на свое обычное место у задней стенки.

Он с удовольствием смотрел «Актрису». Музыка и арии из любимых оперетт навевали воспоминания о жене, о Ленинграде. Когда кончалась часть и киномеханик зажигал свет, Ефременко разглядывал публику. Сотников и Турушин с Маринкой стояли недалеко от экрана. Сбоку толстый майор из оперативного отдела и начальник санслужбы армии разговаривали с женщиной — ветврачом из хозроты. Сзади них группа девушек и красноармейцев лузгала подсолнухи и громко смеялась.

Медленно потягивая папиросу, Ефременко почти неподвижно стоял у стены, а между тем от него не ускользало ничего в большом помещении. Он выработал умение все видеть, не привлекая к себе внимания. После четвертой части Сотников подошел к нему.

— Ну как, Николай Артемьевич? — спросил он и, не дожидаясь ответа, весело воскликнул: — Мировая картина!? Вот только перерывы эти на нервы действуют!

— Вряд ли, Петя! — насмешливо подмигнул майор. — Тебе скучать некогда, а то проскучаешь девушку. Кстати, капитан, — уже серьезно сказал он, — ты с девушками якшаешься. Объясни, с каких это пор у наших девиц такие странные вкусы?

— Это вы о чем? — осторожно спросил капитан, понимая, что начальник неспроста завел разговор о вкусах.

— Ну, как же о чем? Овсянникова знаешь? Мужчина немолодой, красотой не блещет, в чинах небольших ходит, а вот удивительным успехом пользуется. Давно я к нему приглядываюсь, встречал его с разными девушками. А сегодня опять новая, по-моему, радистка Кутырева.

— О, господи, товарищ майор, разве ж это девушка? Выдра! — убежденно сказал капитан. — Маринкина сменщица на РАФе. Ни кожи, ни рожи, только Овсянников и мог соблазниться.

— И давно он с ней встречается?

— Да кто их знает, — сказал капитан и устремился поближе к экрану, потому что свет потух.

Но в следующий перерыв, болтая с Маринкой, чтобы не уступить первенства лейтенанту, капитан невольно посмотрел на ту пару, о которой говорил начальник.

Завдел продфуражного отдела штаба армии старший лейтенант Овсянников стоял с Кирой Кутыревой — рослой, коротко остриженной, с погонами старшего сержанта-связиста. У нее было угреватое грубое лицо. Овсянников что-то рассказывал ей, она смеялась, открывая блестящие зубы."

"Кино кончилось в десять часов. Ефременко одним из последних вышел из помещения.