Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

Когда омытый всеми морями и осушенный всеми ветрами нос корабля мягко коснулся причала и просмоленное дерево, с виду каменное, начало проминаться, как тростник, и дымиться в месте касания, Алексей подтолкнул Валентину локтем:

— Как думаешь, что сейчас говорит капитан на буксире?

Валентина рассмеялась. Слышно ничего не было, но капитан, стоявший на крыле мостика, так красноречиво жестикулировал, как бывает только при весьма энергичных выражениях.

Встречающие начали двигаться к середине корабля, где моряки уже готовили к спуску парадный трап. Сейчас вся эта праздничная толпа поднимется на борт, и причал снова обретет свой строгий рабочий вид. Валентина смотрела вслед взбудораженным женщинам, и Алексею почудилась горечь в ее голосе:

— И провожают, и встречают пароходы совсем не так, как поезда…

— Что-то вспомнилось? — осторожно опросил он.

Чего греха таить, в мечтаниях своих, связанных с ней, Алексей уносился далеко. Кажется, гораздо дальше, чем следовало бы.

— Вспомнилось… — Она все стояла, глядя на праздничную суету, потом медленно пошла дальше. — Давай считать, что просто песня вспомнилась. И ничего, кроме песни…"

"Они молча шли, шли самой дальней дорогой — мимо глубоководного причала, мимо полосатой будки постового на границе территории порта и судоверфи. Постояли у слипа: толстые цепи под рокот мощных лебедок тащили по выходящим из воды рельсам многоколесную тележку. На тележке выезжал на берег учебный парусник — ремонтироваться. И Валентина, и Алексей первый раз видели, как поднимают судно на слип. Сейчас девушка завороженно смотрела на неожиданно большой обсыхающий корпус, на вылезающие из воды лопасти винта… Алексей что-то рассеянно отвечал на ее частые, как сыплющийся горох, вопросы. Отвечал, видно, невпопад, потому что она в конце концов спросила:

— Ты где витаешь?

Стояла близко, чуть встревоженно заглядывая в лицо. И от сердца сразу отлегло. Нет. Нет такого парохода, к которому она захочет прийти с цветами. Был, может быть. А сейчас нет…

Они шли мимо цеховых корпусов, и Захаров старался держаться так, чтобы хоть немного прикрыть девушку от резкого ветра с залива.

Неожиданно на него кто-то натолкнулся. Парень тащил два бумажных мешка и от толчка уронил один.

— Извините, — Алексей, задумавшись, продолжал улыбаться. Он поднял бумажный пакет и протянул его парню: — На, не роняй добро.

Тот странно взглянул, молча взял пакет, но не двигался. Алексей уступил ему дорогу и пошел дальше.