Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Здесь Гонзалес простился с Эдмонсоном, взял такси, дал шоферу адрес и уже через десяток минут, выйдя из машины у Самотечной площади, поднялся по Троицкому переулку и быстро нашел нужный ему дом — старый деревянный дом на каменном фундаменте. Сосчитав ступеньки скрипучей лестницы, Гонзалес пошарил рукой по стене, нащупал ручку, уверенно, не стучась, открыл толстую, обитую войлоком и клеенкой дверь. Войдя в полутемную прихожую, он толкнул первую дверь направо и, перешагнув порог, зажмурился от яркого света. Посередине комнаты над столом горела сильная электрическая лампа без абажура. Два больших окна были завешены байковыми одеялами.

— Привет, Балт! — приветствовал его хозяин, снимая очки и пряча их в карман.

— Салют, Дайс! — ответил представитель «Гондурас Фрут компани» и, шагнув навстречу хозяину, что есть силы хлопнул его по плечу.

— Привет, дружище! Ты точно новенький доллар! — улыбаясь, сказал Дайс и, не оставаясь в долгу, хлопнул гостя ладонью в грудь.

— Постой, в последний раз мы виделись еще в Спикенбурге, не так ли? — спросил Гонзалес.

— Да, счастливое время, сорок шестой год! — даже вздохнул Дайс.

— Это по твоей вине я последние полгода корпел над науками в Эрцхаузене и очутился здесь, в России?

— Да, мой мальчик. Ты слишком нервно настроен. Раздевайся и давай-ка поболтаем. Садись сюда, здесь теплее, — предложил Дайс, указывая на кресло около печи. — Могу предложить «Марсонвиль бист» или «Уайт хоорс»[1]. Но лично я предпочитаю русскую водку.

— Давно я не пил марсонвильской бурды.

Дайс сделал смесь и, потрясая шейкером[2], накрыл на стол.

— Прошу! — пригласил он, разливая коктейль в бокалы. — За твое появление на линии огня! За удачу!

Они чокнулись и проглотили обжигающую смесь.

— Перейдем к делу, — сухо сказал Дайс.

Гость закурил сигарету и выжидательно посмотрел на Дайса.

— До того, как мы с тобой встретились в Спикенбургском колледже, ты, если не ошибаюсь, кончил Альтаирский механический институт?

— У тебя отличная память.

— Твой отец Юлиус Буш эмигрировал из Прибалтики в сороковом году?

— Точнее, второго июля сорокового года.

— Ты, кажется, проходил подготовку по программе Московского высшего технического училища имени Баумана?

— Точнее, по программе механико-технологического факультета.

— Твой рост?

— Сто семьдесят восемь.

Дайс налил себе полный бокал коктейля и, отпив глоток, неожиданно спросил:

— Ты, Балт, конечно, читал Дикка Клюазо?

— Еще бы: «Любовь гориллы», «Вкуси убийства запретный плод!» — чертовски здорово! — с удовольствием вспомнил Гонзалес.

— Так вот, я должен тебе сказать, что вся писанина Дикка Клюазо — детский автограф на пеленке по сравнению с тем, что тебе предстоит в России.