Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

Котельников сочувственно поддакивал старику, удивлялся, восхищенно прищелкивал языком и, уже засыпая на копне свежего душистого сена, подумал: «Для старика такая стопка, кажется, чуток велика… Чего доброго, под градусом таких чудес наговорит, что десяток опытных следователей за год не разберутся…» На зорьке, когда Котельников проснулся, дед Тимофей сладко и безмятежно храпел, наполняя шалаш диковинными звуками.

Старший лейтенант взял удочки и побрел по мокрой траве, блестевшей чудесными искорками холодной росы.

— Однако не зря я проторчал целую ночь на полуострове преподобного Тимофея, шут с ними и с комарами… Разведка, кажется, удалась… — тихо рассуждал сам с собой Котельников, жмурясь от яркого света раннего солнца. — Высокий упитанный человек, чуть сутулый, волосы светлые, руки большие, глаза маленькие, серые… Старик говорит: «Не человек, а медведь таежный…» Значит, силен… А фамилия будто бы Вепринцев… Это, пожалуй, самое главное для дела. А может быть это только случайное совпадение обстоятельств, не имеющих отношения к убийству Керженекова… Да, а следы?.. Впрочем, там этих следов, дай бог, всяких было достаточно: и ребячьих и собачьих…

Котельников не столько рыбачил, сколько приглядывался к берегу, к следам, иногда встречавшимся на пути, прислушивался к редким шорохам. Все, кажется, было спокойно и вне всяких подозрений.

В полдень он выкатил из укрытия мотоцикл, переоделся в спортивные шаровары и блузу и, ловко вскочив в сидение, уехал в город.

При попытке установить местожительство Вепринцева старший лейтенант сразу же столкнулся с трудностями. По одной фамилии без дополнительных установочных данных искать человека — довольно трудное дело. Правда, Котельников имел в виду то, что ему рассказала вдова Керженекова — знакомого ее мужа звали Иваном Петровичем. Адресный стол дал справку, что Вепринцевых в городе проживает больше десятка человек. Это для Котельникова оказалось неожиданностью: он считал, что такая фамилия, как Вепринцев, не часто встречается. Старший лейтенант решил лично ознакомиться с каждым прописным листком на Вепринцевых и отобрать те из них, которые больше будут совпадать с интересующим его лицом. Ему предоставили место в отдельной комнате, и он занялся делом.

Первый Вепринцев, карточка которого попала ему в руки, оказался пенсионером, рождения 1889 г.

Котельников отложил карточку в сторону — не подходит.

Илья Сергеевич Вепринцев… нет, этот два месяца как паспорт получил…

Вепринцева Прасковья Михайловна…

Ничего похожего на то, что он искал, не было.

— А ведь это может оказаться мартышкиным трудом, — подумал Котельников, на минуту оторвавшись от пожелтевших листков.