Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

Зубов начал издалека: расспросил о тетке, поинтересовался, где Тоня училась, где работала…

Шкерина вначале отвечала робко, а потом разговорилась и стала даже улыбаться, наклоняя голову и пряча ровные белые зубы.

— Давно вы знаете Бондареву Екатерину Петровну? — как бы невзначай спросил Зубов.

— Второй год. Как дворником стала работать.

— Бывали у нее?

— А как же! По хозяйству ей помогала, дрова носила…

— Вы, кажется, решили уволиться?..

— Уже… С сегодняшнего дня. В деревню уезжаю.

— Надоело дворничать?"

"— Не то чтоб надоело, а ни к чему это мне. Я ведь курсы прошла, на сложной молотилке работала, а позапрошлый год с председателем колхоза поссорилась и уехала. А сейчас у нас и председатель другой, и машины новые пришли…

Девушка опять доверчиво улыбнулась.

— Это вы правильно решили… — кивнул головой Зубов. — Теперь вот что мне расскажите. Постарайтесь припомнить всех, кто к Екатерине Петровне Бондаревой в гости ходил. Не торопитесь, подумайте.

Шкерина думала недолго.

— Не любит Екатерина Петровна гостей. С лета, как Олег Константинович приезжал, никого больше и не было.

— Олег Константинович — это сын?

— Сын. Один он у нее. Больше ни детей, ни родных не осталось.

— А откуда приезжал Олег Константинович?

— Так он же моряк, капитаном на пароходе. Все по дальним странам ездит. Раза два в год к семье приезжает.

— А где его семья?

— Здесь, в Ленинграде. Жена его, Галина Яковлевна, где-то на Измайловском живет. Я раз за посылочкой ездила к невестке, Екатерина Петровна просила.

— А невестка бывала у Бондаревой?

— Ни разу не видала. Чего-то промеж них разладилось. Не любит ее Екатерина Петровна.

— А почему, не знаете?

— Так, думаю, из-за сына… Говорила мне как-то Екатерина Петровна, что невестка, мол, уважение ей не оказывает и сына против матери настраивает. А так больше разговоров не было.

— Может, кто раньше приходил к Бондаревой?

— Еще вспомнила, прошлым летом, ближе к осени, матрос один приезжал от Олега Константиновича. Он из порта дрова привозил. — Шкерина снова улыбнулась и добавила: — Веселый такой дяденька.

— Фамилии его не помните?

— Не знаю. Так его видала, а по имени не помню.

— Какой он из себя — высокий, низкий?

— Так повыше меня будет, не то чтоб полный, но крепкий такой.

— Еще кого можете припомнить?

— Больше никого не было.

— Когда вы в последний раз видели Екатерину Петровну?

— Вчера не видела… Во вторник видела… Она на службу шла, а я во дворе подметала.

— Ничего не говорила?

— «Здравствуй, Тоня», — сказала, а так больше ничего не говорила.

— До какого часа вы вчера дежурили?

Шкерина потупила глаза и ее певучий голос потускнел.

— До двенадцати.

— От десяти до двенадцати где вы находились?

— Известно где, — у ворот. Домой может забегала.