Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

Клавдя сидела за столом над недопитым стаканом, уперла в ладони щеки, смотрела на Фимку масляными глазами, слушала.

Потом сняла клипсы, засмотрелась на них, спросила Фимку:

— Кого сегодня накрыл?

— Пентюх какой-то из колхоза приехал, шатается по барахолке, спрашивает, нет ли у кого крыла к «Победе». Меня ты знаешь, я не растерялся, сказал «есть». Возле него Пальтю поставил, а сам на «Москвича» и айда в магазин. Купил за двадцать пять, продал за триста.

Вдруг Фимка оттянул струны и хлопнул по ним ладонью. Гитара захрипела, как будто подавилась.

— Шабаш, краля. Давай лучше еще выпьем.

Фимка вынул горсть орехов, пододвинул к Клавде:

— Хрупай!

Клавдя лениво наполнила стакан, потянулась за колбасой:

— А вдруг опьянею?

— Не кочевряжься. Пьешь, как лошадь, даже завидно. А ты: «Опьянею…» Ну, если и опьянеешь, твой миленочек отходит.

Выпив залпом весь стакан, Фимка подцепил с тарелки маринованный огурчик, сжевал и протянул:

— Тоже мне, оторвала ухажера — от жилетки рукава!

Клавдя молчала, лениво, как жвачку, жевала колбасу.

Семен наливался тяжелой ненавистью. Думал: «убью».

Из дома вышел человек, вывел собаку. Держа нос у самой земли, собака побежала к облюбованному дереву. Деловито подняла ногу, постояла, потом уставилась вверх, на черные ветки, и принялась лаять. Семен замер. Подошел хозяин собаки, долго всматривался в густую листву.

Из окна выглянула рыжая Фимкина голова:

— Что за шум, а драки нет? Нехорошо, гражданин. Нарушаете общественную тишину.

Человек под деревом вяло отозвался.

— Кошку, наверное, учуяла, — и увел собаку в парадное.

Слезая, Семен зацепился за сук, порвал штаны.

Нащупал вырванный лоскут, чертыхнулся: «Теперь никуда не пойдешь». И снова столбом сидел на скамье, курил, в голове ворочались тяжелые мысли.

В два часа ночи свет за окном погас. Семен сидел, вставать не хотелось.

Когда позвонил, открыла Клавдя, заспанная, в одной рубашке.

В комнате пахло водкой и консервированным перцем. Залезая на высокую кровать, Клавдя спросила сонным голосом:

— Где пропадал?

— Денег у меня не было…

Клавдя вдруг проснулась, присела по-кошачьему, точно готовилась к прыжку, ощерила зубы:

— Денег не было? Голь перекатная! Сюда без денег не ходят! Понял?

Клавдя в ярости таращила глаза, давилась слюной.

Семен отступил, сказал растерянно:

— Сама же звала… Из-за тебя семью бросил…

— Звала? Семью бросил? Плевать мне на твою семью, алиментщик несчастный, понял? Плевать! И на тебя самого тоже плевать! В мужья ко мне лезешь, в иждивенцы? Чтоб я за тобой мыла да подтирала? Ишь, дуру нашел! Поищи в соседнем переулке!

Клавдя содрала со стены подушку-украшеньице и ловко запустила ею в голову Семена. Семен отступил за шкаф.

— Есть деньги — оставайся, — визжала Клавдя.