Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

В этом деле без вашей поддержки общественность — одно название.

— Жмите на милицию.

— Да что толку! Приходил участковый, пугал, а им хоть бы что. «Где это написано, спрашивают, что нельзя дома водку пить и в картишки переброситься?» Нет у милиции никакой возможности.

— И у меня нет. Пока они ничего противозаконного не совершили, нельзя их трогать.

— Как же ничего не совершили?! Сына своего воровать научили, под суд подвели, и ничего не совершили?

— Нет доказательств, что они учили воровать.

— Какие вам еще доказательства нужны, если парнишка в тюрьме?

— Свидетели нужны, вещественные доказательства. Вещей ворованных у них не нашли,

— Свидетели их боятся, потому и молчат. А вещи он на стороне продавал, зато деньги ворованные приносил.

— Деньги без примет, опять же не докажешь.

— Значит, будем ждать, пока Валерка проворуется?

— Ставьте вопрос о лишении прав.

— Ставили. И для суда доказательств мало.

— Вот видите!

— Неужели вам неясно, что не может мальчишка виноватым быть сам по себе, что всегда кто-то из взрослых главную вину несет?

— Мне ясно, но для закона такой ясности маловато.

— Значит, жди, пока появится новый преступник. Уму непостижимо!

— Я понимаю вас, товарищ Антиверов, но нарушать закон нам никто не позволит.

— Какой же это закон? Это безобразие, а не закон. Почему пожарная инспекция штрафует администрацию предприятия за нарушение противопожарных правил до появления огня, а горящего ребенка мы начинаем спасать, когда вся его душа в ожогах?

— Я не пожарный.

На том разговор и кончился. Прав этот Анатолий Степанович — какой прок от учета, от прогнозов, если все остается по-старому! Вот попасть бы на прием...

Марат Иванович часто представлял себе, что его принимает для откровенной, доверительной беседы кто-нибудь из руководителей партии. Принимает один, без секретарей и референтов, не ограничивая во времени. Сидят они друг против друга, и Марат Иванович силой своих аргументов заставляет собеседника забыть на сколько-то минут о других государственных делах, даже о международной политике, и задуматься над судьбой несчастных подростков.

Прежде всего рассказал бы ему Марат Иванович о проекте охраны морального здоровья, об Ольге Васильевне. «Почему бы, — спросил бы он напрямик, — не ускорить это дело? Чего ждать? Пока вырастет еще одно поколение преступников? Денег жалеете? Так ведь это липовая экономия». И он обязательно привел бы в пример аналогию, близкую ему по прежнему опыту."

"Вот работает большой завод. Выпускает отличную продукцию. И тут же рядом течет тонкий ручеек брака. Хоть в общем балансе он невелик, но вред от него немалый. И на фирме — пятно. Есть все возможности избавиться от брака.