Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

— Вот как! — Небрежность, с какой старик что называется отбрил его, немного задела за живое.

— Душевный человек, — продолжал старик, трудно ставя ногу на первую ступень. — Сердобольный уж.

Кивнув, — да так оно и есть, — Пирогов вернулся в кабинет.

«Может, напрасно я?.. Ведь еще ничего неизвестно… Надо отправить девчат навстречу И тушевой, а самому побывать на Элек-Елани. Иначе какой смысл в том собрании? Пусть привыкают».

Вернулась посыльная.

— Нет ее… Дома нет. Как вчера утром, так и…

— Ясно. Ирину Петровну — ко мне.

По виду Долговой он понял, что она дозвонилась, но ничего нового оттуда не сказали.

— От вашего имени я просила снарядить поисковые группы. Но когда это станет возможным? Люди на работе.

Пирогов вздохнул: еще и колхозников трясти начнет от нашей самодеятельности. Не помощь людям, а одно беспокойство.

— Повторите просьбу послать поисковиков от имени райкома. Пригласите ко мне всех сотрудников.

Ткачук, Астанина, Саблина, Ветрова расположились на стульях у двери. Каулина выставилась из приемной. Послушать.

— Все наши штыки?

— Уварова обещала быть. Она с пилорамы только вернулась. Зашла домой умыться, — ответила Полина.

Пирогов промолчал согласно. Шуйский райотдел сообщил, что в селах его района замечены в большом количестве новые, еще пахнущие смолой и соком доски. Задержанный с ними гражданин указал на Ржанецкую пилораму. Исполком назначил в цех ревизию. Она выявила нарушения в учете готовой продукции. Тогда Пирогов и «подослал» Уварову. Учиться. И разобраться в конкретном случае.

— Не будем ждать се. Она — при деле. При деле и Пестова. — Взглянул в напряженные испуганные лица. — Коротко! Мы столкнулись с фактом невыполнения приказа. Да! Я категорически запрещал выход на кольцевой проселок по одному. И вот сегодня… Вы все знаете уже: Игушева вышла-таки на кольцо и не подает голоса. Таким образом, мы вынуждены прервать основную работу, вынуждены предпринимать поиски, что в нашем положении не прибавляет нам ни чести, ни славы, ни покоя.

Он понимал, что противен в эту минуту и как начальник, и как мужчина, что не время говорить о дисциплине именно сейчас, когда каждая потерянная минута может обернуться невосполнимой потерей. Но он был по-настоящему сердит. Так сердит, как никогда не был. Похоже, у него начиналась истерика или что-то такое еще, характерное для людей честных, предупредительных, но бессильных изменить в трудную минуту что-то.

Наконец он выговорился. Замолчал, передыхая от слов, перешел с одного места на другое.

— Поисковую группу…

«Кто? Кто?.. Или все-таки самому идти? Но тогда действительно все их начала остаются без продолжений. А на небе дождь висит…»

— Поисковую группу возглавит Ткачук. Ее заместителем пойдет Саблина.