Антология советского детектива-1

Ее обеспокоило вчерашнее желание слишком внимательного Вилли почистить ее пистолет. Значит, подозрение с нее не снято…

— Уверяю вас, фрейлейн, чистка оружия — совсем не женское рукоделье, — любезно разъяснял он Кристине. — Оружейное масло — это не крем для нежных, девичьих рук…"

"С ее пистолетом Вилли отправился в соседнюю комнату, куда сразу же торопливо прикатилась пивная бочка по фамилии Кеслер. Неужели подозрение так сильно? Но ведь следствие по делу Мюллера закончено. Она собственноручно печатала отчет Хейниша его шефу оберфюреру СС Корземану. Вилли возвратился минут через тридцать и с почтительным поклоном поднес ей ухоженный пистолет, словно дарил цветы.

— Кристина, неужели вы до сих пор ни разу не стреляли из этой чудесной игрушки?

— Пока что не было случая…

В столову. ю ввалилась галдящая группа новоприбывших.

— Мне пора, Вилли, — встала Кристина из–за стола. — Сегодня здесь слишком шумно…

— Вместе, фрейлейн, только вместе! Надо же кому–то охранять вас от боевых действий закаленных фронтовиков.

Конечно, он был прав. Беззастенчивые лапищи хмельных юбочников повисали в воздухе на полдороге, когда глаза натыкались на черный эсэсовский мундир Майера.

— Фрейлейн Кристина! — заорал кто–то в шумной компании.

Она обернулась. С бокалом в руке ее радостно приветствовал знакомый связной офицер из штаба Клейста обер — лейтенант Шютце.

— Прошу к нам! — перекричал он шум.

«Может, подойти? — мелькнула мысль, — Шютце много знает…»

Однако застыла на месте и побледнела: сосед Шютце — гауптман — дружески обнял обер — лейтенанта и что–то зашептал ему. Не этот обычный эпизод, а взлелеянное в девичьих глазах лицо гауптмана заставило по — сумасшедшему заколотиться сердце и лишило ноги сил, сделало их ватными. Костя?.. Невозможно… Но разве могла она спутать это знакомое до последней черточки лицо с чьим–то другим?.. И разве мог ее Костя надеть немецкий мундир?.. Предал?.. Он же — Хартлинг, полунемец, фольксдойче… Если предал, то добровольно: звание гауптмана — высокое, она сама до сих пор ходит без знаков различия… Она сама?.. Она сама — в эсэсовской форме… Костя решит: изменница…

— Что с вами, фрейлейн? — спросил Майер, — Вам плохо?

— Да… Слишком накурено… Душно…

— Идемте на воздух! Шютце обойдется и без вас…

Кристина почувствовала — Майер искренне оберегал ее от залетных кавалеров.

На улице не по сезону мела метель, неприятно лепила в лицо снегом. Изменчивая погода. Когда входили в столовую, светило и грело солнце. Да и сейчас вся эта метель, кажется, быстро минет — просто с гор на город наползла случайная туча. А там, в горах, коромыслом повисла редкая в эту пору радуга. Есть примета: увидеть снеговую радугу — к счастью. Но Костя — и вдруг в немецком мундире?..