Антология советского детектива-1

— Стоит старому Гансу сказать словечко адмиралу Канарису, новому начальнику военной разведки, и вопрос о твоей работе будет решен. Твой дядя и Канарис знакомы еще с двадцатых годов по Мюнхену, куда Канарис приезжал по партийным делам к фюреру. Да и я могу замолвить за тебя словечко адмиралу."

"Вечером Илья рассказал обо всем Шульцу. Тот, как и рассчитывал Илья, поддержал предложение Вилли Шнеля. Его устраивала служба племянника в военной разведке, поскольку отъезд из Берлина был в далекой перспективе. Ганс Шульц решил не откладывая поговорить с адмиралом Канарисом.

В один из воскресных дней он направился к адмиралу. Канарис с женой и двумя дочерьми жил в пригороде Берлина — Зюденде. Адмирал был дома один. Он обрадовался гостю.

— Ганс, какими судьбами? — удивленно произнес адмирал.

Дед Канариса, грек по национальности, эмигрировал в Германию, где женился на немке. Неарийская внешность и сомнительное происхождение всегда были источником неприятностей для Канариса. В расстегнутом кителе, который сваливался у него с плеч, адмирал казался совсем штатским человеком. Да он и не скрывал своего пренебрежения ко всяким военным условностям.

— Наверно, что-нибудь стряслось? — спросил он, усаживая тяжело дышавшего Шульца в кресло.

Ганс Шульц, садясь, опасливо поглядывал на диван, где лежали две таксы. Когда он опустился в кресло, что-то зашелестело справа от него, Шульц взглянул — рядом стояла клетка с попугаем, потревоженная птица беспокойно запрыгала по жердочке.

— Ну, рассказывай, Ганс, как ты живешь? — сказал Канарис.

— Здоровье стало сдавать. Едва дотащился сюда, — отдышавшись, заговорил Ганс Шульц.

— Наверно, что-нибудь важное привело тебя?

— Пришло время устраивать судьбу племянника. Он окончил университет, хорошо знает персидский язык.

— Мне о нем говорил Вилли Шнель. Помнишь этого нелюдима?

— Как же, помню. Он часто приезжал к нам в Мюнхен.

И старые приятели принялись вспоминать мюнхенские дела. Этим “старым бойцам”, как называли участников фашистского путча в Мюнхене, было о чем вспомнить.

Начало темнеть, когда они оторвались от воспоминаний.

— Надо ехать, а то Вальтер будет беспокоиться.

— Ты скажи ему, пусть зайдет ко мне. Нам нужны работники, говорящие по-персидски. Этот язык еще довольно редкий у нас.

— Только не посылай его сразу за границу… — попросил Ганс Шульц.

— Ладно, ладно, старый эгоист, — Канарис весело похлопал старика по плечу. — Мне Вилли уже рассказывал, почему ты выбрал для карьеры племянника военную разведку.

Все складывалось как нельзя лучше. На другой день Илья направился в абвер.