Антология советского детектива-1

Но наступало утро, Илья выходил из комнаты, и начиналась жизнь, как на сцене, но каждый промах мог дорого обойтись ему.

Сегодня после встречи с Довгером Илье было особенно тяжело. Он подошел к приемнику и, приглушив его так, чтобы не было слышно в соседних комнатах, настроил на Москву. Передавалась опера “Евгений Онегин”. Закрыв глаза, он слушал музыку. Илье было тяжело сознавать, что завтра снова надо будет слушать бесконечные гимны и марши, речи, призывающие к мести, реваншу, войне.

В то время как берлинская радиостанция захлебывалась лозунгами о “вооруженной нации”, Москва сообщала о мирных стройках второй пятилетки. Когда Берлин извещал о начале деятельности имперского управления содействия литературе, взявшего на себя почин публичного сожжения на кострах творений великих писателей, таких, как Г. Гейне, Г. Манн и другие, в Москве шел первый съезд советских писателей, где говорилось о колоссальных тиражах изданий произведений этих писателей.

Neues Opera Theater был расположен на Кенигсплатц вблизи рейхстага. Илья пересек площадь и вошел в сад. Из-за мокрых, унылых деревьев показались колонны театра. Илья по длинным коридорам прошел в ложу, номер которой ему сообщила по телефону Эльза.

До начала спектакля оставалось четверть часа. Вся компания из салона фон Микк была в сборе. Эльза встретила Илью приветливой улыбкой, пригласила сесть.

Оркестр заиграл увертюру. Все повернулись к сцене. Время от времени Илья чувствовал на себе пристальный взгляд Эльзы. Она без всякого смущения улыбалась ему.

В антракте Эльза увлекла Илью подальше от знакомых. В фойе, недалеко от ложи, в глубокой нише, они обнаружили уютный диван.

— Давайте посидим. Мне так хочется отдохнуть от всех этих физиономий, — откровенно, словно старому знакомому, сказала Эльза.

Илья хотел возразить, что в ее салоне бывают довольно симпатичные лица, но она опередила его.

— Я знаю, вы станете защищать завсегдатае в нашего дома. О, какие они неинтересные люди! Можно подумать, что им больше не о чем говорить, как о гениальности фюрера, о его предвидениях, о его великой миссии. Поверьте, я очень уважаю фюрера, но к чему об этом так много говорить.

— Мы должны укреплять его авторитет, — попытался возразить Илья.

— Нет, нет. Вы неправы. Не так создается авторитет политического деятеля. Фюрер завоюет всеобщее признание сам, своими делами.

Илья бывал в салоне фон Микк, успел уже присмотреться к Эльзе и убедился, что она девушка весьма независимых взглядов, но он никогда не думал, что Эльза будет когда-нибудь так откровенна с ним.

— А что представляют собой люди, восхваляющие фюрера? Если вы считаете их убежденными национал-социалистами, то глубоко ошибаетесь.

Илья удивленно посмотрел на нее.

— Не удивляйтесь. Это так и есть.