Антология советского детектива-1

Достаточно? Во время последней переправки ценностей погиб Винк. Поэтому я взял у тебя Гартмана.

— Он остается в моем подчинении?

— Во время подготовки — да, но, переправившись в Швейцарию, он уже не подчиняется тебе.

Миллер досадливо мотнула головой.

— Если с ним случится что–нибудь, кто будет нести ответственность?

— Не беспокойся, виновные всегда найдутся. Ты тут ни при чем, — заверил Штольц.

— Дай Бог. Чем занимается сейчас Гартман?

— Я дал ему неделю отдыха. Пока ты все подготовишь, он тебе не нужен. Да, Эльза, ты не интересуешься, где наш общий начальник?

— Наверное, повышен в звании, — высказала предположение Миллер. Впрочем, это ее не так уж и волновало. Ее непосредственным шефом был Штольц, и это Эльзу вполне устраивало.

— Его уже нет в живых, — услышала Эльза и вздрогнула от неожиданности, а штандартенфюрер продолжал: — Выполняя одну операцию, он не послушал рейхсфюрера Гиммлера и поступил по–своему. Операция провалилась. Утром его нашли мертвым в постели. Экспертиза установила, что он застрелился.

— Понятно, — протянула Эльза.

Штольц, как ни в чем ни бывало, перевел разговор на другую тему:

— Недавно я разговаривал с рейхсфюрером, он о тебе высокого мнения.

— Чем я заслужила такую честь?

— Рейсхфюрер не любит чистоплюев. Он считает, что офицер должен быть выше низменного чувства жалости… — заметив, что Миллер удивлена, Штольц закончил свою мысль: — Каждый человек, ликвидированный тобой, — самая лучшая аттестация.

— Но не может рейхсфюрер знать всех, к ликвидации кого я причастна, — осторожно поправила штандартенфюрера Эльза.

Он улыбнулся, снисходительно посмотрел на Миллер.

— Даже штурмбанфюрер Венкель есть в твоем личном деле.

— Откуда информация? — встрепенулась Эльза.

— От Замерна. Он — мои глаза и уши в твоем подразделении.

Миллер откинулась в кресле, прядь волос упала на ее красивый лоб, она нахмурилась.

— Значит, вы не верили мне?

— Я верю тебе, как никому другому, но я должен знать все, что происходит в моих подразделениях.

— И как вы расценили мой поступок с Венкелем?

— Его ликвидировали по моему приказу.

— Не может быть! — вырвался у Эльзы возглас.

— Правда, об этом знал только Замерн.

Тень растерянности мелькнула на лице Эльзы. Она с опаской смотрела на Штольца, затем резко спросила:

— Вам известно, какое обвинение выдвинул Венкель против меня?

Она почувствовала, как сильно забилось сердце, а кончики пальцев на руках стали холодными. «А если это — провал? — мелькнула мысль. — Что тогда?»

Словно издалека донесся голос Штольца:

— Как ты могла подумать, что я стану подозревать тебя? Если бы это было правдой, Венкель не ликвидировал бы единственного своего свидетеля. Не переживай, Эльза, не ты первая попала в такую ситуацию, и не ты последняя.