Антология советского детектива-1

Выполняйте!

Гардекопф повернулся к своим подчиненным и скомандовал:

— По машинам!

Офицеры абвера и гестапо бегом устремились к выходу.

За опель–капитаном начальника полевой жандармерии следовали шесть автомобилей Миллер. Ваден о чем–то сосредоточенно думал. Эльзу интересовал только один вопрос: успеет ли Джон Хатт выбраться из Парижа раньше, чем будут перекрыты все дороги.

Неожиданно Ваден спросил:

— Как вы расцениваете поступок Густава?

— Что вы имеете в виду? — Эльза была искренне удивлена.

— То, что выйдя на Ганидека, он не арестовал его, а начал слежку.

— Густава интересовал не только капитан Ганидек, но и его связи.

— Но вы сами сказали, что рисковать опасно.

— Да. Я не отрицаю это и сейчас. Просто у Густава больше мужества, чем у меня и у вас. Он не боится трудностей.

— Если Ганидек не будет пойман, Нейс узнает, что значит быть слишком уверенным в себе, — поморщился Ваден.

— Мы — его родственники и обязаны помочь ему.

— Верно, — согласно кивнул оберст–лейтенант. — Именно это мы и делаем сейчас, пытаясь исправить его ошибку.

— От такой ошибки никто не застрахован, Курт, — мягко промолвила Эльза.

— Ни я, ни вы не допустили бы ничего подобного, — твердо возразил Ваден.

— Вы не на шутку рассердились на него.

— Я просто не уверен, кто из нас донесет на Густава раньше, — Ваден повернулся и посмотрел Миллер прямо в глаза. — Простите меня, Эльза, но я не верю вам. Если в Берлине узнают, что вы скрыли промах своего кузена, вам придется отвечать на вопросы особой инспекции.

Миллер иронически улыбнулась.

— Во–первых, Курт, я не собираюсь доносить на Густава, уверяю вас. Во–вторых, я знакома со службой особой инспекции, и она не так страшна, как о ней рассказывают. Зря вы так близко принимаете все к сердцу… Что касается обстоятельств бегства Ганидека, то Густав сам сообщит своему начальству об этом.

— Тогда я спокоен, — отошел немного Ваден. — Я недооценил вас, Эльза.

— Зато я вас, оберст–лейтенант, переоценила, — Миллер не скрывала своего презрения. — Я считала вас сильным и волевым мужчиной. А судя по вашему беспричинному испугу — это далеко не так.

Ваден опустил голову.

— Эльза, вы должны понять, у меня за много лет впервые появилась реальная возможность переехать в Германию. Я во Франции с первых дней оккупации. Начальство обещало в ближайшем будущем перевести меня на родину.

— Ваше начальство сдержит слово.

— Вы уверены? — с надеждой спросил Ваден. — Вам говорил обо мне кто–то из моего непосредственного начальства?

— Нет.

— Что же вы вводите меня в заблуждение? — в голосе оберст–лейтенанта послышались нотки обиды."

"Эльза прищурила глаза.